Энциклопедия
Здесь Вы сможете найти самое интересное описание и некоторые цены на продукцию

Ван Вэй Мо-цзе 699 или 701-759 или 761 13/03/2017

Ван Вэй Мо-цзе 699 или 701-759 или 761
Ван Вэй Мо-цзе 699 или 701-759 или 761

Ван Вэй Мо-цзе
699 или 701-759 или 761

Китайская поэзия богата именами. За три тысячи лет своей истории она переживала необычайные подъемы и спады, но поэзию судят по вершинам. А вершины китайской поэзии блистательны Ли Во, Ду Фу, Мэн Хао-жань, Во Цзюй-и, Хань Юй, Ли Хэ, Су Ши, Лу Ю, Ли Цин-чжао и многие другие. И одно из первых мест в этом списке принадлежит Ван Вэю, поэту эпохи Тан (VII-Х века).
Ван Вэй был пролагателем новых путей в китайской поэзии. Если один из его предшественников, Тао Юань-мин, был певцом деревенского приволья, а Ли Во привнес романтику, Ду Фу — классическую строгость и гражданственность, то Ван Вэй обогатил поэзию как величайший и вдохновеннейший, как тончайший певец природы.

Лепестки грушевых цветов
У левых дворцовых ворот
Нехотя слетают
На траву у крыльца,
Ветерок относит
Их легко от дверей.
Желтой иволге любо
Шалить без конца —
С лепестком впорхнула
В палаты дворца.

Конечно, в переводе на чужие языки очень многое вообще в поэзии теряется, а в китайской в особенности. Ну, во-первых, утрачивается сама поэзия, остаются только стихи, то есть остов произведения. А во-вторых, неимоверно много значат в китайской лирике тончайшие нюансы, которые просто переводчик может не уловить, тут надо порой быть академиком, как, например, В.М. Алексеев, который перевел трактат Ван Вэя «Тайны живописи», — именно его академическая дотошность позволила докопаться до философии того или иного стихотворения.

О жизни Ван Вэя известно немногое. Мы не знаем точных дат его рождения и смерти. По одним сведениям, он родился в 701-м и умер в 761-м году, по другим — родился в 699-м, а скончался в 759-м.
Ван Вэй родился в провинции Шаньси в семье чиновника. Стихи начал писать очень рано, и к двадцати годам создал уже некоторые свои известные произведения, в том числе «Персиковый источник», а также знаменитое четверостишие «В девятый день девятой луны вспоминаю о братьях, оставшихся к востоку от горы»


Один, томлюсь на чужбине,
Чужак-старожил.
В осенний праздник на память
Приходит родня.
Чудится братья в горах
Ломают кизил,
Дабы в волосы ветки воткнуть.
Но средь них нет меня.

В двадцать лет Ван Вэй сдал экзамены на высшую ученую степень и получил при дворе пост музыкального распорядителя. Но скоро его карьера прервалась придворные музыканты допустили какую-то оплошность — и музыкальный распорядитель был уволен и сослан в захолустье Цзинчжоу в Восточном Китае. Там он занял мелкий чиновничий пост.
Ван Вэй лишь через десять лет смог вернуться в столицу, служил у влиятельного сановника, который затем попал в опалу. Потом в Танском государстве будет кризис, начнется засилье временщиков и авантюристов, окруживших императорский трон. Вера Ван Вэя в то, что он сможет, находясь среди этих людей, сделать что-то полезное для страны, была сильно поколеблена — он решает отправиться в путешествие по стране. Едет на западную границу, где пишет блестящий цикл «пограничных» стихов. Ван Вэй уже был широко известным как поэт, музыкант, каллиграф и художник. Некоторые его стихи стали популярными песнями.
Знать приглашала поэта в свои дома. Но к этому времени в нем возобладали мысли об уходе от суеты мира, об отшельническом уединении среди «гор и вод», «полей и садов». «С каждым днем все слабей Любовь и привычка к родне. С каждым днем все сильней Стремленье к покою во мне. Немного еще -Ив дорогу пуститься готов. Неужель дожидаться Прихода вечерних годов»
Истоки отшельнических настроений поэта в буддизме. С детства до старости Ван Вэй был ревностным его последователем.
В конце концов он поселился в загородном доме на реке Ванчуань — в очень живописной местности. Рано овдовевший Ван Вэй жил здесь один, хотя порой его навещали друзья и поэты. Здесь он написал многие свои пейзажные шедевры. Здесь создал знаменитый цикл «Река Ванчуань».
Будет еще в жизни поэта и карьерный взлет — он получит должность шаншу ючэна, заместителя министра, — но занимать ее будет недолго, судьба отмерила ему всего шестьдесят шесть лет жизни.
Мы уже говорили, что до Ван Вэя китайская поэзия не знала такого единения с природой. Философия дзэн-буддизма и даосская философия Лаоцзы учили поэта видеть в природе высшее выражение естественности, высшее проявление сути вещей. Любое явление в природе, каким бы малым оно ни казалось, любой миг вечной жизни природы — драгоценны. Этим и объясняется внимание Ван Вэя к тем мелочам, мимо которых проходили поэты прежде.


Дождь моросит
На хмурой заре.
Вяло забрезжил
День на дворе.
Вижу лишайник
На старой стене
Хочет вползти
На платье ко мне.

Трактат Ван Вэя «Тайны живописи» в переводе академика В.М. Алексеева начинается так «Средь путей живописца тушь простая выше всего. Он раскроет природу природы, он закончит деянье творца». Стихи китайского поэта тоже написаны как бы простой тушью, монохромом, но в этом и высшее искусство — простыми средствами раскрыть саму «природу природы». В Китае считают, что Ван Вэй это делал гениально.

Комментариев к записи Ван Вэй Мо-цзе 699 или 701-759 или 761 нет

Жюль Габриель Верн 8 февраля 1828 года – 24 марта 1905 года

Жюль Габриель Верн 8 февраля 1828 года – 24 марта 1905 года
Жюль Габриель Верн 8 февраля 1828 года – 24 марта 1905 года

Жюль Габриель Верн
8 февраля 1828 года – 24 марта 1905 года

Когда имя писателя окружается легендами, слухами и домыслами — это слава. Жюлю Верну ее не пришлось занимать. Одни считали его профессиональным путешественником — капитаном Верном, другие утверждали, что он никогда не покидал свой рабочий кабинет и все свои книги писал с чужих слов, третьи, пораженные его необъятной творческой фантазией и многотомными описаниями далеких земель, доказывали, что «Жюль Верн» — это название географического общества, члены которого сообща сочиняют романы, выходящие под этим именем.
Некоторые впадали в крайность обоготворения и называли Жюля Верна пророком науки, который предсказал изобретение подводной лодки, управляемых воздухоплавательных машин, электрического освещения, телефона и далее, и далее, и далее.
На основе непреложных фактов сообщаем Жюль Верн — конкретный исторический человек, имеющий конкретных родителей и родившийся в конкретном месте. Все его научно-технические предвидения — результат блестящего самообразования, которое позволило угадать будущие открытия в первых робких намеках и предположениях, появляющихся в научной литературе, плюс ко всему, разумеется, врожденный дар воображения и литературный талант изложения.

Жюль-Габриель Верн родился 8 февраля 1828 года в старинном городе Нанте, расположенном на берегу Луары, недалеко от ее устья. Это один из крупнейших портов Франции, откуда океанские парусники совершали рейсы к далеким берегам самых разных стран.
Жюль Верн был старшим сыном адвоката Пьера Верна, который имел свою адвокатскую контору и предполагал, что со временем сын унаследует его дело. Мать писателя, урожденная Аллотт де ла Фюйе, происходила из древнего рода нантских судовладельцев и кораблестроителей.
Романтика портового города привела к тому, что в одиннадцатилетнем возрасте Жюль едва не сбежал в Индию, нанявшись юнгой на шхуну «Корали», но вовремя был остановлен. Будучи уже известным писателем, он признавался «Я, должно быть, родился моряком и теперь каждый день сожалею, что морская карьера не выпала на мою долю с детства».
По строгому предписанию отца он должен был стать правоведом, и он им стал, окончив в Париже Школу права и получив диплом, но в адвокатскую контору отца не вернулся, соблазненный более заманчивой перспективой — литературой и театром. Он остался в Париже и, несмотря на полуголодное существование (отец не одобрял «богемы» и не помогал ему), с энтузиазмом осваивал выбранную стезю — писал комедии, водевили, драмы, либретто комических опер, хотя сбыть их никому не удавалось.
Наитие привело Жюля Верна в Национальную библиотеку, где он слушал лекции и научные диспуты, свел знакомство с учеными и путешественниками, читал и выписывал из книг заинтересовавшие его сведения по географии, астрономии, навигации, о научных открытиях, не совсем пока представляя, зачем ему это может понадобиться.
В этом состоянии литературных попыток, ожиданий и предчувствий он добрался до двадцатисемилетнего возраста, все еще возлагая надежды на театр. В конце концов отец стал настаивать на том, чтобы он вернулся домой и занялся делом, на что Жюль Верн ответил «Я не сомневаюсь в своем будущем. К тридцати пяти годам я займу в литературе прочное место». Прогноз оказался точным.
Наконец Жюлю Верну удалось опубликовать несколько морских и географических рассказов. Как начинающий литератор, он познакомился с Виктором Гюго и Александром Дюма, который стал ему покровительствовать. Возможно, именно Дюма, создающий в это время серии своих авантюрных романов, охватывающих почти всю историю Франции, посоветовал молодому другу сосредоточить внимание на теме путешествий. Жюль Верн зажегся грандиозной идеей описать весь земной шар — природу, животных, растения, народы и обычаи. Он решил объединить науку и искусство и населить свои романы небывалыми доселе героями.
Жюль Верн порвал с театром ив 1862 году завершил свой первый роман «Пять недель на воздушном шаре». Дюма порекомендовал обратиться с ним к издателю юношеского «Журнала воспитания и развлечения» Этцелю. Роман — о географических открытиях в Африке, сделанных с высоты птичьего полета — был оценен и в начале следующего года опубликован. Кстати, в нем Жюль Верн предсказал местонахождение истоков Нила, в то время еще не обнаруженных.
«Пять недель на воздушном шаре» вызвали огромный интерес. Критика увидела в этом произведении рождение нового жанра — «романа о науке». Этцель заключил с успешным дебютантом долгосрочный договор — Жюль Верн обязался писать по два тома в год.
Далее, будто наверстывая упущенное время, он выпускает шедевр за шедевром «Путешествие к центру Земли» (1864), «Путешествие капитана Гаттераса» (1865), «С Земли на Луну» (1865) и «Вокруг Луны» (1870). В этих романах писатель задействовал четыре проблемы, которые в то время занимали ученый мир управляемое воздухоплавание, завоевание полюса, загадки подземного мира, полеты за пределы земного тяготения. Не стоит думать, что эти романы построены на чистом воображении. Так, прототипом Мишеля Ардана из романа «С Земли на Луну» стал друг Жюля Верна — писатель, художник и фотограф Феликс Турнашон, более известный под псевдонимом Надар. Страстно увлеченный воздухоплаванием, он собрал деньги для сооружения воздушного шара «Гигант» и 4 октября 1864 года совершил на нем пробный полет.
После пятого романа — «Дети капитана Гранта» (1868) — Жюль Верн решил написанные и задуманные книги объединить в серию «Необыкновенные путешествия», а «Дети капитана Гранта» стали первой книгой трилогии, в которую вошли еще «Двадцать тысяч лье под водой» (1870) и «Таинственный остров» (1875). Трилогию объединяет пафос ее героев — они не только путешественники, но и борцы со всякими формами несправедливости расизмом, колониализмом, работорговлей.
В 1872 году Жюль Верн навсегда покинул Париж и переселился в небольшой провинциальный город Амьен. С этого времени вся его биография сводится к одному слову — работа. Он и сам признавался «У меня потребность работы. Работа — это моя жизненная функция. Когда я не работаю, то не ощущаю в себе никакой жизни». Жюль Верн находился за письменным столом буквально от зари до зари — с пяти утра до восьми вечера. За день ему удавалось писать по полтора печатных листа (как свидетельствуют биографы), что равняется двадцати четырем книжным страницам. Такую результативность трудно даже вообразить!
Необычайный успех вызвал роман «Вокруг света в восемьдесят дней» (1872), на который писателя вдохновила журнальная статья, доказывающая, что если к услугам путешественника будут хорошие транспортные средства, он сможет за восемьдесят дней объехать земной шар. Это стало возможно после открытия в 1870 году Суэцкого канала, значительно сократившего путь из европейских морей в Индийский и Тихий океаны.
Писатель подсчитал, что можно даже выиграть одни сутки, если использовать географический парадокс, описанный Эдгаром По в новелле «Три воскресенья на одной неделе». Жюль Верн комментировал этот парадокс так «Для трех человек на одной неделе может быть три воскресных дня в том случае, если первый совершит кругосветное путешествие, выехав из Лондона (или любого другого пункта) с запада на восток, второй — с востока на запад, а третий останется на месте. Встретившись снова, они узнают, что для первого воскресенье было вчера, для второго наступит завтра, а для третьего оно — сегодня».
Роман Жюля Верна подвиг многих путешественников на то, чтобы проверить его утверждение на деле, а молодая американка Нелли Влай совершила кругосветное путешествие всего за семьдесят два дня. Писатель приветствовал энтузиастку телеграммой.
В 1878 году Жюль Верн издает роман «Пятнадцатилетний капитан», протестующий против расовой дискриминации и ставший популярным на всех континентах. Эту тему писатель продолжил в следующем романе «Север против Юга» (1887) — из истории гражданской войны 60-х годов в Америке.
В 1885 году Жюль Верн, по случаю дня рождения, получал поздравления со всех концов света. Среди них оказалось письмо от американского газетного короля Гордона Беннета. Он просил написать рассказ специально для американских читателей — с предсказанием будущего Америки.
Жюль Берн исполнил эту просьбу, но рассказ, озаглавленный «В XXIX веке. Один день американского журналиста в 2889 году», в Америке так и не вышел. А предсказание было любопытное действие происходит в Центрополисе — столице Американской империи доллара, диктующей свою волю другим, даже заокеанским, странам. Противостоят Американской империи только могучая Россия и возрожденный великий Китай. Англия, аннексированная Америкой, давно стала одним из ее штатов, а Франция влачит жалкое полунезависимое существование. Управляет всем американизированным полушарием Фрэнсис Беннет — владелец и редактор газеты «Всемирный герольд». Вот так представлял себе геополитическую расстановку сил через тысячу лет французский провидец.
Жюль Верн одним из первых поднял вопрос о нравственной стороне научных открытий, вопрос, который в XX веке приобретет шекспировский масштаб быть или не быть человечеству — в связи с созданием атомной и водородной бомб. В ряде романов Жюля Верна — «Пятьсот миллионов Бегумы» (1879), «Властелин мира» (1904) и других — появляется тип ученого, стремящегося с помощью своих изобретений подчинить весь мир. В таких произведениях, как «Равнение на знамя» (1896) и «Необыкновенные приключения экспедиции Варсака» (изд. 1914), писатель показал другую трагедию, когда ученый становится орудием тиранов — и это прошел XX век, оставивший немало примеров того, как ученый в условиях застенка вынужден был работать над изобретениями истребляющих веществ и орудий.
Международная известность пришла к Жюлю Верну после первого же романа. В России «Пять недель на воздушном шаре» появились в один год с французским изданием, а первая рецензия на роман, написанная Салтыковым-Щедриным, была опубликована не где-нибудь, а в некрасовском «Современнике». «Романы Жюль Верна превосходны, — говорил Лев Толстой. — Я их читал совсем взрослым, а все-таки, помню, они меня восхищали. В построении интригующей, захватывающей фабулы он удивительный мастер. А послушали бы вы, с каким восторгом отзывается о нем Тургенев! Я прямо не помню, чтобы он кем-нибудь еще так восхищался, как Жюль Верном».
Известны рисунки Льва Толстого к роману Жюля Верна «Вокруг света в восемьдесят дней», сделанные им для детей. Дмитрий Менделеев называл французского писателя «научным гением» и признавался, что не раз перечитывал его книги. Когда советская космическая ракета передала на землю первые фотографии обратной стороны Луны, одному из кратеров, расположенных на той стороне, было присвоено имя «Жюль Верн».
Наука со времен Жюля Верна ушла далеко вперед, а его книги и герои не стареют. Впрочем, ничего удивительного. Это свидетельствует о том, что Жюлю Верну удалось воплотить свою заветную идею соединить науку с искусством, а настоящее искусство, как мы знаем, — вечно.

Комментариев к записи Жюль Габриель Верн 8 февраля 1828 года – 24 марта 1905 года нет

Василий II Васильевич Темный 18 марта 1415 года – 27 марта 1462 года

Василий II Васильевич Темный 18 марта 1415 года – 27 марта 1462 года
Василий II Васильевич Темный 18 марта 1415 года – 27 марта 1462 года

Василий II Васильевич Темный
18 марта 1415 года – 27 марта 1462 года

Великий князь московский в 1425-33, 1434-1446, 1446-1462. Из рода Московских великих князей. Сын Василия I Дмитриевича и великой княжны литовской Софии Витовтовны.
Василий Второй сделался московским князем, когда ему едва исполнилось 10 лет. Между тем права его на великое княжение были далеко небесспорными, так как живы были его дядья Юрий, Андрей, Петр и Константин Дмитриевичи, из которых первый — Юрий Звенигородский — никогда не скрывал своих желаний сделаться великим князем после смерти Василия I (тем более что это прямо следовало из завещания его отца, Дмитрия Донского). Едва услышав о смерти старшего брата, Юрий бежал в Галич и оттуда начал переговоры с Москвой. Ни одна из сторон не решалась начать войну, и при посредстве митрополита Фотия решено было отложить вопрос о престолонаследии до ханского решения. Однако в 1427 мать Василия поехала в Литву к своему отцу Витовту и поручила ему сына и все Московское княжение. Юрию трудно было теперь упорствовать в своём намерение. В 1428 он пообещал не искать великого княжения под Василием.
Но в 1430 Витовт умер, а в 1431 Юрий поехал в Орду судиться с племянником. Василий поехал следом в сопровождении своих первых бояр, на изворотливость и ловкость которых ему только и оставалось рассчитывать. Во главе московского боярства стоял тогда князь Иван Дмитриевич Всеволожский, хитрый, ловкий, находчивый, достойный преемник тех московских бояр, которые при отце, деде и прадеде Василия умели удержать за Москвой первенство и дать ей могущество. По приезде в Орду он так искусно повел дело, что хан слышать не хотел о Юрии. Весной 1432 соперники стали судиться перед лицом татарских князей. Юрий основывал свои права на древнем родовом обычае, ссылался на летописи и на завещание Донского. За Василия говорил Иван Дмитриевич. Он сказал хану: «Князь Юрий ищет Великого княжения по завещанию отца своего, а князь Василий по твоей милости; ты дал улус свой отцу его Василию Дмитриевичу, тот, основываясь на твоей милости, передал его сыну своему, который уже столько лет княжит и не свергнут тобою, следовательно, княжит по твоей же милости». Эта лесть, выражавшая совершенное презрение к старине, произвела свое действие: хан дал ярлык Василию.
Всеволожский в награду за услуги, оказанные им Василию в Орде, надеялся, что великий князь женится на его дочери. Василий, будучи в Орде, дал Всеволожскому обещание на это. Но по приезде в Москву дела переменились. Мать великого князя, София Витовна, никак не соглашалась на этот брак и настояла, чтоб сын обручился с кн. Марьей Ярославной. Тогда Bсeволжский, считая себя жестоко оскорбленным, уехал из Москвы, перешел на сторону Юрия и стал отныне его советчиком.
В апреле 1433 Юрий двинулся на Москву. В Москве узнали о движении Юрия только тогда, когда он уже был в Переяславле с большим войском. Василий, захваченный врасплох, послал своих бояр просить мира у дяди, которого они нашли в Троицком монастыре. «И была, — говорит летописец, — между боярами брань великая и слово недоброе». Тогда Василий, собравши наскоро, сколько мог, ратных людей и московских жителей, гостей и других, выступил против дяди, но был разбит наголову сильными полками Юрия на Клязьме, за 20 верст от Москвы, и бежал в Кострому, где был захвачен в плен. Юрий въехал в Москву и стал великим князем.
Сыновья Юрия — Василий Косой и Дмитрий Шемяка — хотели избавиться от соперника сейчас же после победы, но Юрий не имел столько твердости, чтоб решиться на насильственные меры. Кроме того, у Юрия был старинный любимец боярин Семен Морозов, который, вероятно, из соперничества с Всеволожским, заступился за пленного Василия и уговорил Юрия отдать последнему в удел Коломну. Тщетно Всеволожский и сыновья Юрия сердились и восставали против этого решения: Юрий дал просимый мир племяннику, богато одарил его и отпустил в Коломну со всеми его боярами.
Но едва Василий прибыл в Коломну, как начал призывать к себе отовсюду людей, и отовсюду начали стекаться к нему князья, бояре, воеводы, дворяне, слуги, отказываясь служить Юрию, потому что, говорит летописец, не привыкли они служить галицким князьям. Одним словом, около Василия собрались все те, которые пришли бы к нему и в Москву по первому зову, но не успели этого сделать, потому что Юрий напал на племянника врасплох и этому только был обязан своим торжеством. Юрий, видя себя оставленным всеми, послал к Василию звать его обратно на великое княжение, а сам уехал в Галич. Всеволжский был схвачен Василием и ослеплён; села его были взяты в казну.
Косой и Шемяка не участвовали в договоре отца, и война продолжалась. В том же году они разбили московское войско на реке Куси. Василий узнал, что дядины полки были в войске его сыновей. Поэтому в 1434 он пошёл на Юрия к Галичу, сжег город и заставил дядю бежать на Белоозеро. Весной, соединившись с сыновьями, Юрий двинулся на Москву. Он встретил Василия в Ростовской области у горы св. Николы и разбил его. Василий убежал в Новгород, потом в Нижний. Отсюда он собирался в Орду, как вдруг узнал о скоропостижной смерти Юрия и о том, что Василий Косой занял московский стол.
Но братья Косого, два Дмитрия — Шемяка и Красный, — послали звать на великое княжение Василия. Василий в награду за это наделил их волостями. Косой был изгнан из Москвы и лишен удела. В 1435 он собрал войско в Костроме и встретился с Василием II в Ярославской волости, на берегу Которосли. Москвичи одержали победу. Оба соперника заключили мир, и Косой в очередной раз пообещал не искать великого княжения.
Но мир был недолгим. Уже в следующем году война вспыхнула с новой силой, причем Косой первый прислал Василию II складные грамоты. Оба войска встретились в Ростовской области при селе Скорятине. Косой, не надеясь одолеть соперника силой, решил употребить коварство: заключил с Василием Вторым перемирие до утра и, когда Василий, понадеявшись на это, распустил свои полки для сбора припасов, неожиданно перешел в наступление. Василий тотчас разослал по всем сторонам приказ собираться, сам схватил трубу и начал трубить. Полки московские успели собраться до прихода Косого, который был разбит и взят в плен. Его отвезли в Москву и там ослепили.
С Дмитрием Шемякой у Василия II в то время не было войны, и он спокойно княжил в своем уделе. В 1439 к Москве подошел казанский хан Улу-Мухаммед. Василий не успел собраться с силой и уехал за Волгу, оставив защищать Москву воеводу Юрия Патрикеева. Хан стоял под городом 10 дней, взять его не смог, но причинил много зла русской земле. Шемяка, несмотря на неоднократные призывы Василия, так и не пришел к нему на помощь. Василий в отместку пошел на Шемяку и выгнал его в Новгород. В том же году Щемяка вернулся с войском, но помирился с Василием.
В 1445 Улу-Мухаммед захватил Нижний Новгород, а оттуда пришел к Мурому. Василий вышел против него со всеми силами. Улу-Мухаммед отступил в Нижний и укрылся в нем. Иначе кончилось дело при второй встрече Василия с татарами. Весной того же года в Москву пришла весть, что двое сыновей Улу-Мухаммедовых опять появились у русских границ, и Василий выступил против них. В июне московское войско остановилось на реке Каменке. В ночь с 6-го на 7-е о татарах все еще не было никакого известия. Василий сел ужинать с князьями и боярами; ночью упились, встали на другой день уже после солнечного восхода, и Василий, отслушав заутреню, хотел было опять лечь спать, как пришла весть, что татары переправляются через реку Нерль. Василий тотчас послал с этой вестью по всем станам, сам надел доспехи, поднял знамена и выступил в поле, но войска было у него мало, всего тысячи полторы, потому что полки союзных князей не успели собраться, не пришел и Шемяка, несмотря на то, что к нему много раз посылали. Возле Евфимиева монастыря, по левую сторону, русские полки сошлись с татарами, и в первой стычке великокняжеская рать обратила татар в бегство. Но когда стали гнаться за ними в беспорядке, неприятель неожиданно развернулся и нанес русским страшное поражение. Василий отбивался храбро, получил множество ран и был наконец взят в плен. Сыновья ханские сняли с него нательный крест и отослали в Москву к матери и жене. Самого же пленника увезли к хану. Улу-Мухаммед договорился с ним о выкупе. Сумма его точно не известна, но, во всяком случае, он был немалым.
Из Орды с великим князем выехало на Русь много татарских князей. В отсутствие Василия Москву постиг сильнейший пожар, выгорел весь город, тысячи людей лишились своего добра. Когда же для выплаты откупа на народ наложены были тяжелые подати, то со всех сторон обнаружилось сильнейшее неудовольствие. Этим и поспешил воспользоваться Шемяка. Тверской и можайский князья согласились помочь ему свергнуть Василия. Вскоре к заговору примкнуло множество московских бояр и купцов и даже монахи.
В 1446 московские заговорщики дали знать союзным князьям, что Василий поехал молиться и Троицкий монастырь. Шемяка и Можайский ночью 12 февраля овладели врасплох Москвой, схватили мать и жену Василия, казну его разграбили, верных бояр перехватали и пограбили. В ту же ночь Можайский отправился к Троице с большим отрядом своих приспешников. 13 числа Василий слушал обедню, как вдруг в церковь вбежал рязанец Бунко и объявил ему, что Шемяка и Можайский идут на него ратью. Василий не поверил ему, потому что Бунко незадолго перед тем отъехал от него к Шемяке. «Эти люди только смущают нас, — сказал он, — может ли быть, чтобы братья пошли на меня, когда я с ними в крестном целовании?», и велел выгнать Бунка из монастыря. Но на всякий случай он все же послал сторожей к Радонежу. Сторожа просмотрели ратных людей Можайского, ибо те увидели их прежде и сказали своему князю, который спрятал воинов на возах под рогожей. Въехавши на гору, ратники выскочили из возов и перехватали сторожей. Василий увидел неприятелей только тогда, когда они стали спускаться с Радонежской горы. Он бросился было на конюшенный двор, но здесь не было ни одной готовой лошади. Тогда Василий побежал в монастырь к Троицкой церкви, куда пономарь впустил его и запер за ним двери. Тотчас после этого недруги его въехали в монастырь. Князь Иван Можайский стал спрашивать, где великий князь. Василий, услыхав его голос, закричал ему из церкви: «Братья! Помилуйте меня! Позвольте мне остаться здесь, смотреть на образ Божий… я не выйду из этого монастыря, постригусь здесь», и, взявши икону св. Сергия, пошел к южным дверям, сам отпер их и, встретив князя Ивана с иконой в руках, сказал ему: » Брат! Целовали мы животворящий крест и эту икону в этой самой церкви, у этого гроба чудотворцева, что не мыслить нам друг на друга никакого лиха, а теперь не знаю, что надо мною делается?» Иван поспешил успокоить Василия. Тот, поставив икону на место, упал перед чудотворным гробом и стал молиться с такими слезами, воплем и рыданием, что прослезил даже врагов своих. Князь Иван, помолившись немного, вышел вон, сказав боярину Никите Константиновичу: «Возьмите его». Василий, помолившись, встал и, оглянувшись кругом, спросил: «Где же брат, князь Иван?» Вместо ответа подошел к нему Никита, схватил за плечи и сказал: «Взят ты великим князем Дмитрием Юрьевичем». Василий отвечал на это: «Да будет воля Божья!» Тогда Никита вывел его из церкви и из монастыря, после чего посадили, его на голые сани с чернецом напротив и повезли в Москву. Сюда он прибыл в ночь на 14 февраля и был заключен на дворе Шемякином. 16- то числа ночью его ослепили и сослали в Углич вместе с женой, а мать, великую княгиню Софию Витовтовну, отослали в Чухлому.
Из бояр и слуг Васильевых одни присягнули Шемяке, другие убежали в Тверь. Но немало было и таких, которые готовы были с оружием в руках бороться за возвращение Василия на престол. Все они собрались вскоре в Литве. Шемяка ( испугался всеобщего настроения в пользу пленного Василия и после долгих совещаний со своими сторонниками решил выпустить его и дать ему вотчину. Осенью 1446 он приехал в Углич, покаялся и попросил у Василия прощения. Василий в свою очередь возложил всю вину на одного себя, сказав: «И не так еще мне надобно было пострадать за грехи мои и клятвопреступление перед вами, старшими братьями моими, и перед всем православным христианством. Достоин был я смертной казни, но ты. государь, показал ко мне милосердие, не погубил меня с моими беззакониями, дал мне время покаяться». Когда он это говорил, слезы текли у него из глаз ручьями, все присутствующие дивились такому смирению и умилению и плакали сами, на него глядя. Шемяка устроил для Василия, его жены и детей большой пир, на котором присутствовали все епископы и многие бояре. Василий получил богатые дары и Вологду в отчину, обещав наперед Шемяке не искать под ним великого княжения.
Но приверженцы Василия ждали только его освобождения и толпами кинулись к нему. Все готово было к войне, затруднение состояло только в обещании, данном Василием. Игумен Кириллова Белозерского монастыря Трифон принял клятвопреступление на себя, когда Василий приехал из Вологды в его монастырь под предлогом накормить братию и раздать милостыню. С Бела-озера Василий отправился к Твери. Тверской князь Борис Александрович обещал помощь с условием, что обручит своего старшего сына и наследника Ивана с его дочерью Марьей. Василий согласился и с тверскими полками пошел на Шемяку к Москве. Из Литвы двинулось войско сторонников Василия, московских изгнанников. Шемяка с князем Иваном Можайским пошел к Волоку навстречу неприятелю, но в их отсутствие Москва легко была захвачена боярином Плещеевым. Узнав об этом, Шемяка и Можайский побежали в Галич, оттуда в Чухлому и Каргополь. Из Каргополя Шемяка выпустил пленную Софию Витовтовну и стал просить мира. Мир ему был дан. Разумеется, Шемяка готов был нарушить мир в любой момент. Не прошло и года, как в Москве накопилось много свидетельств его вероломства. Наконец, было перехвачено письмо Шемяки к московскому тиуну Ватазину, в котором Шемяка приказывал тому возмущать горожан против Василия.
Получив в руки эту улику, Василий передал дело на решение духовенству. Собор епископов однозначно осудил крамолу Шемяки. В 1448 Василий выступил в поход против непокорного Юрьевича. Шемяка испугался и запросил мира. Мир был заключен на прежних условиях, но весной 1449 Шемяка вновь нарушил крестное целование, осадил Кострому, бился долго под городом, но взять его не мог, потому что в нем сидел сильный гарнизон. Василий с полками выступил против Шемяки, но вернулся, так и не дав битвы.
Наконец, в 1450 князь Василий Иванович Оболенский напал на Шемяку под Галичем и нанес ему тяжелое поражение. После этого Галич сдался великому князю. Шемяка бежал на север и захватил Устюг. Между тем в 1451 к Москве приходил татарский царевич Мазовша и сжег весь посад. В 1452, отбившись от татар, Василий пошёл прогонять Шемяку из Устюга. Юрьевич укрылся в Новгороде, где был отравлен и умер в 1453.
Как и следовало ожидать, Василий вооружился после Шемякиной смерти против его бывших союзников. В 1454 был присоединён к Москве Можайск. Князь Иван бежал в Литву. В 1456 схватили и заключили в Угличе князя Василия Ярославича Серпуховского. Из всех уделов в Москве остался только один — Верейский. В том же году Василий ходил на Новгород, но помирился, взяв 10 000 рублей откупа.
В 1462 Василий разболелся сухотной болезнью и велел пользовать себя обыкновенным тогда в этой болезни лекарством: зажигать на разных частях тела трут по несколько раз; но лекарство не помогло. Больному сделалось очень тяжело, он захотел постричься в монахи, но бояре отговорили его, и 27 марта, в субботу, на четвертой неделе Великого поста, Василий скончался. Погребён в Москве в Архангельском соборе.

Комментариев к записи Василий II Васильевич Темный 18 марта 1415 года – 27 марта 1462 года нет

Вучетич Евгений Викторович 28 декабря 1908 года – 12 апреля 1974 года

Вучетич Евгений Викторович 28 декабря 1908 года – 12 апреля 1974 года
Вучетич Евгений Викторович 28 декабря 1908 года – 12 апреля 1974 года

Вучетич Евгений Викторович
28 декабря 1908 года – 12 апреля 1974 года

Евгений Викторович Вучетич — автор грандиозного мемориала в Волгограде Вместе с ваятелем над осуществлением этого риала работали архитекторы—Я. Б. Белопольский, В.А. Демин, скульпторы В. Е. Матросов, А. С. Новиков, А.А. Тюренков.
Пятнадцать лет жизни отдал Вучетич этой работе. Пятнадцать лет поисков выразительных средств, образов. Каждая скульптурная группа волгоградского ансамбля представляет собой самостоятельное произведение искусства и имеет законченный идейно-художественный замысел. А вместе они составляют волнующий образный рассказ о славе Армии. К главному пятидесятидвухметровому монументу «Родина-Мать» примыкает композиция «Стоять насмерть». «Стены-руины»… Достоверная художественная повесть о суровых и страшных днях величайшего сражения. Эти руины вечно напоминают, сколь велики были невзгоды, какие тяжкие муки вынесли те, кто днем и ночью дрался за каждый дом, каждый клочок окровавленной приволжской земли. На просторной площади Героев вы как бы еще и еще раз проходите по тревожным дорогам войны, останавливаетесь, чтобы поклониться мужеству и бесстрашию советских людей.
Ансамбль в Волгограде — не первое монументальное произведение художника. Так, еще в 1949 году в Берлине, на территории Трептов-парка, по проекту Вучетича был сооружен памятник-ансамбль советским воинам, павшим в боях с фашизмом. Этот грандиозный памятник-пантеон был задуман как величественная монументальная символическая композиция, как историко-мемориальное сооружение героико-эпического характера. Весь мир обошла ставшая легендой история спасения немецкой девочки. В самую накаленную пору заключительного этапа боевых действий на улицах Берлина бойцы одного из наших подразделений сквозь грохот пушек и снарядов услышали неумолчный, рвущий сердце плач крохотного ребенка, потерявшего свою мать. Не раздумывая о грозящей опасности, один из наших бойцов бросился спасать ребенка. В это время снайперская пуля врага тяжело ранила храброго воина. Истекая кровью, дополз он до своих товарищей и успел передать спасенного ребенка в их руки. Этот великий подвиг, характеризующий благородство и гуманизм советского воина, прекрасно выразил скульптор в символической фигуре Воина-освободителя.
…Евгений Викторович Вучетич родился в Екатеринославе (ныне—Днепропетровск). Вскоре семья будущего художника переехала в Ростов-на-Дону. С раннего детства отчетливо проявилось художественное дарование мальчика, и он поступил в Ростовскую художественную Школу. Далее свое образование он продолжает в Ленин-1«Раде в Институте пролетарского изобразительного искусства. Первые произведения — «Портрет Поддубного» (1933), бронзовая композиция «Партизанка» (1937), портрет Героя Советского Союза В. С. Гризодубовой (1940). С первых дней Великой Отечественной войны он уходит добровольцем на фронт в качестве рядового солдата-пулеметчика. А затем становится командиром пулеметного батальона на Волховском фронте.
В минуты затишья между боями художник успевал то зарисовать, то наскоро запечатлеть в слепке своих боевых друзей. И нет-нет, да про себя помышлял о больших монументальных произведениях. В боях капитан Вучетич был тяжело ранен и контужен. Долгие месяцы пролежал он в госпитале. В эти трудные для него дни его не покидает надежда хоть слабыми своими усилиями участвовать в жизни. Как раз в это время, тяжело больной, находясь в госпитале, он создает портрет лейтенанта Середы—одно из замечательных созданий молодого ваятеля. И когда постепенно Вучетич начал выздоравливать— едва восстановилась способность ходить и как-то разговаривать, его зачислили в Студию военных художников имени М. Б. Грекова.
Хотя работа в студии — это тоже фронт, военные дороги и полная опасности боевая жизнь, но зато можно лепить, создавать скульптурные портреты героев войны, проектировать памятники-монументы советским воинам. Помимо указанных двух ансамблей, Вучетичем были созданы памятники-монументы генерал-лейтенанту М.Г. Ефремову в Вязьме, генералу армии Н. Ф. Ватутину в Киеве, генерал-майору Л. Н. Гуртьеву в Орле и гвардия рядовому Александру Матросову в Великих Луках.
Большое место в творчестве художника занимал и станковый портрет. Это и портреты генералов армия И. Д. Черняховского П945), С. И. Руденко (1944), И.Х Баграмяна (1946) и В. И. Чуйкова (1947), и портреты медеплавильщика К. Куоушева, сталевара И. Прудникова, академика А. Д. Сперанского (1946), писателей М. А. Шолохова (1973) и Ф. В. Гладкова (1959) — при точно и остро переданном сходстве художник обнажил характеры людей, их душевные движения.
Патетическое и героическое стоит рядом в искусстве Вучетича. Вспомним его знаменитую композицию «Перекуем мечи на орала» (1957), посвященную борьбе за мир. Первый оригинал был показан на ряде художественных выставок и находится в Государственной Третьяковской галерее. Авторское повторение этого памятника подарено Советским правительством Организации Объединенных Наций и находится в Нью-Йорке.
Как-то обратили внимание художника, что он не раз своем творчестве обращается к изображению меча. «Не завоеватель ли вы по натуре?» — спросили его. И ответ Вучетича прозвучал как торжественное сказание: «Я только трижды обращаюсь к мечу,—ответил скульптор — один меч подняла к небу Родина-Мать на Мамаевом кургане, призывая своих сыновей изгнать фашистских варваров, топчущих советскую землю. Второй меч держит острием вниз наш Воин-победитель в Берлинском Трептов-парке, разрубивший свастику и освободивший народы Европы. Третий меч человек перековывает на плуг, выражая стремление людей доброй воли бороться за разоружение во имя торжества мира на планете». Заметное место в искусстве Вучетича заняла композиция, посвященная Степану Разину. Романтический образ легендарного бунтаря с большой силой и проникновенностью раскрыт скульптором.
В 1981 году в г. Мичуринске Тамбовской области, на родине известного советского художника А. М. Герасимова, было воздвигнуто памятное сооружение в честь этого советского живописца. Автором этого памятника был также Е. В. Вучетич. Евгений Викторович Вучетич был человеком великого трудолюбия, неукротимой энергии, необыкновенной работоспособности и вместе с тем человеком большой сердечности и душевной красоты, яркой творческой личностью.
Березин А.Д. Художники России. 50 биографий. М., 1994. С.43

Комментариев к записи Вучетич Евгений Викторович 28 декабря 1908 года – 12 апреля 1974 года нет

Вийон Франсуа 1 апреля 1431 года – 1463 год

Вийон Франсуа 1 апреля 1431 года – 1463 год
Вийон Франсуа 1 апреля 1431 года – 1463 год

Вийон Франсуа
1 апреля 1431 года – 1463 год

У хороших, а тем более у прекрасных и больших поэтов мало что бывает случайного и в стихах и в судьбе. Вот, казалось бы, русский поэт, певец русских полей и деревень Николай Рубцов почему-то в стихотворении «Вечерние стихи» вспомнил о Вийоне.

Вдоль по мосткам несется листьев ворох, —
Видать в окно — и слышен ветра стон,
И слышен волн печальный шум и шорох,
И, как живые, в наших разговорах
Есенин, Пушкин, Лермонтов, Вийон.

Жизнь французского поэта была неприкаянной, как и у самого Николая Рубцова.
Вийон был вором. И даже можно сказать — был убийцей. Ему было немногим более двадцати лет, когда он подрался из-за девушки прямо на паперти церкви. Его соперник ножом рассек ему губу — тогда Франсуа бросил камень в обидчика. Бросок был роковым — парень был убит. Вийон срочно покидает Париж. Начинается его бродяжническая жизнь.
Во Франции тогда было смутное время. Страна была разорена войной с англичанами. Народ умирал от голода. Шайки разбойников бродили по дорогам. Судьи быстро судили, а палачи торопливо вешали.
Бежав из Парижа, Вийон прибился к одной из банд. В 1456 году король Карл VII согласился помиловать поэта за его слезное ходатайство. Вийон вернулся и стал студентом Сорбонны, как он говорил, «бедным школяром». Но руководила им вовсе не тяга к знаниям, просто по закону «школяры» были неподсудны королевскому суду. Вийон таким образом пытался избежать тюрьмы, ведь поведение его не было благочестивым. Он водился с самым известным разбойником Монтиньи, которого позднее приговорили к повешению за убийство, с известными ворами Лупа и Шолляром, с шулером Гара. Бедность заставляла его воровать — и он научился это делать мастерски, приятели звали его «отцом-кормильцем», так как Вийон всегда мог достать окорок или бочонок вина.
Через некоторое время, после ограбления монаха-августинца, Франсуа опять вынужден был бежать из Парижа. Его поймали и приговорили к повешению. Ожидая казни, он написал «Балладу повешенных»:

Вот мы висим печальной чередой,
Над нами воронья глумится стая,
Плоть мертвую на части раздирая,
Рвут бороды, пьют гной из наших глаз…
Не смейтесь, на повешенных взирая,
А помолитесь Господу за нас!

Попадая в тюрьму, Вийон обращался за помощью к влиятельным друзьям, которые ценили его поэтический дар. Особенно много помогал ему принц Карл Орлеанский, один из крупнейших поэтов своего времени.
В 1461 году Вийону исполнилось тридцать лет. Он встретил их в тюрьме близ Орлеана. Только что взошедший на престол Людовик XI приказал освободить поэта. Вийон пожелал молодому королю двенадцать сыновей.
Хотя поэт и был благодарен помогавшим ему сильным мира сего, но по натуре своей он был очень независимым человеком и предпочитал воровать, чем пресмыкаться перед королем или принцем. Во многих своих стихах он издевался над власть имущими. Правда, и самоиронии у него было достаточно:

ЧЕТВЕРОСТИШИЕ, КОТОРОЕ НАПИСАЛ ВИИОН, ПРИГОВОРЕННЫЙ К ПОВЕШЕНИЮ
Я — Франсуа, чему не рад,
Увы, ждет смерть злодея,
И сколько весит этот зад,
Узнает скоро шея.

Вообще Вийон над многим в жизни издевался. В балладах «Малое Завещание», а потом в «Большом Завещании» от него досталось и друзьям и врагам. Порой издевается он и над женщинами. Только «старушка мать» для него святая. Порой его мотивы напоминают мотивы Есенина — «Москвы кабацкой» или «Письма к матери».
Характер поэзии Вийона прямой, народный, довольно грубый, но за всем этим читатель видит глубокую человечность. «Он был первым поэтом Франции, который жил не в небесах, а на земле и который сумел поэтически осмыслить свое существование… Поэзия Вийона — первое изумительное проявление человека, который мыслит, страдает, любит, негодует, издевается. В ней уже слышна и та ирония, которая прельщала романтиков, и соединение поэтической приподнятости с прозаизмами, столь близкое современным поэтам — от Рембо до Маяковского», — писал Илья Эренбург.
Поэзия эпохи Возрождения, в которую творил Вийон, была по сути поэзией радости, поэзией соловьиных трелей и всяческого щебета. А тут вдруг — тюрьмы и виселицы, грубая правда жизни. Но это и стало новым словом в поэзии тогда. Читатели услышали в стихах Вийона голос самой Франции. Многие считают, что он самый французский поэт Франции.
Много чего пережил в жизни Вийон. И все-таки жизнь он принимал такой, какая ему выпала. Он был мудрым поэтом.

БАЛЛАДА СУДЬБЫ
Эй, Франсуа, ты что там поднял крик?
Да если б я, Фортуна, пожелала,
Ты живо прикусил бы свой язык!
И не таких, как ты, я укрощала,
На свалке их валяется немало,
Сгубил их меч, измена, нищета,
А что за люди! Не тебе чета!
Ты вспомни-ка, мой друг, о том, что было,
Каких мужей сводила я в могилу,
Каких царей лишала я корон,
И замолчи, пока я не вспылила!
Тебе ли на Судьбу роптать, Вийон?
Бывало, гневно отвращала лик
Я от царей, которых возвышала:
Так был оставлен мной Приам-старик,
И Троя грозная бесславно пала;
Так отвернулась я от Ганнибала,
И Карфагена рухнули врата,
Где город был — там смерть и пустота;
И Сципиона я не пощадила,
И Цезаря в сенате поразила,
Помпеи в Египте мною умерщвлен,
Язона я в пучине утопила, —
Тебе ли на Судьбу роптать, Вийон!
Вот Александр, на что уж был велик,
Звезда ему высокая сияла,
Но принял яд и умер в тот же миг;
Царь Альфазар был свергнут с пьедестала,
С вершины славы, — так я поступала!
Авессалом надеялся спроста.
Что убежит, — да только прыть не та —
Я беглеца за волосы схватила;
И Олоферна я же усыпила,
И был Кдифью обезглавлен он…
Так что же ты клянешь меня, мой милый?
Тебе ли на Судьбу роптать, Вийон!
Знай, Франсуа, когда б имела силу,
Я б и тебя на части искрошила.
Когда б не Бог и не его закон,
Я б в этом мире только зло творила!
Так не ропщи же на Судьбу, Вийон.

Неизвестно, как закончил свои дни Франсуа Вийон. Предполагают, что он умер не своей смертью.

Комментариев к записи Вийон Франсуа 1 апреля 1431 года – 1463 год нет

Веласкес Диего Родригес де Сильва 6 июня 1599 года — 6 августа 1660 года

Веласкес Диего Родригес де Сильва 6 июня 1599 года - 6 августа 1660 года
Веласкес Диего Родригес де Сильва 6 июня 1599 года - 6 августа 1660 года

Веласкес Диего Родригес де Сильва
6 июня 1599 года — 6 августа 1660 года

Диего Родригес де Сильва Веласкес родился 6 июня 1599 года в испанском городе Севилье в семье знатной, но небогатой. Его отец был выходцем из Португалии, и это обстоятельство во многом определило судьбу Диего. Как и многих других мальчиков, его отдали в монастырскую латинскую школу. Однако через несколько лет, когда стали очевидны его способности к искусству, отец отвел десятилетнего Диего в мастерскую известного испанского художника Ф. Эрреры. Сам факт выбора подобной профессии был вызовом для испанской аристократии, ибо профессия художника считалась недопустимым занятием для дворянина.
У Эрреры Диего проучился недолго они не сошлись характерами. Через год он работал уже в мастерской другого художника, Франсиско Пачеко, у которого оставался до 1617 года, когда получил звание мастера. Пачеко оказался горячим поклонником античности и прекрасным педагогом. Согласно установочному принципу учителя «все искусство живописца в рисунке», Диего много рисует. По свидетельству самого Пачеко, еще юношей Веласкес «оплачивал крестьянского мальчика, служившего ему моделью. Он изображал его в разных видах и позах то плачущим, то смеющимся, не останавливаясь ни перед какими трудностями».
По совету учителя Диего оттачивает владение рисунком, позволяющее точно воспроизводить натуру, в живописи на бытовые темы, по-испански — бодегонес. Появляются картины «Завтрак», «Старая кухарка», «Служанка-мулатка», «Музыканты», «Завтрак двух юношей», «Водонос».
В доме учителя Диего познакомился со своей женой. «После пяти лет обучения и образования я отдал за него замуж свою дочь, побуждаемый его добродетелью, чистотой и другими хорошими качествами, а также в надежде на его природный и великий гений», — пишет в своей книге «Искусство живописи» Пачеко.
Единственной дочери Пачеко — Хуане Миранде — на тот момент было почти шестнадцать лет. В 1619 и 1621 годах у четы Веласкесов родились две дочери. В 1620 году Диего открыл собственную мастерскую.
Взошедший на престол шестнадцатилетний король Филипп IV сменил практически все придворное окружение своего отца. Узнав о талантливом художнике из Севильи, он призывает его к себе. Осенью 1623 года Веласкес вместе со своим тестем приехал в Мадрид. Здесь ему оказывает покровительство премьер-министр Оливарес. Художник пишет портрет молодого короля Филиппа IV, имевший большой успех, и вскоре получает звание придворного живописца. Ему отвели парадные апартаменты в одном из крыльев королевского дворца и не менее просторную мастерскую в одном из пригородных замков.
Теперь Велакес перестал зависеть от случайных заработков, но вместе с этим должен был большую часть своего времени отдавать придворному церемониалу. Резко ограничилась и тематика его картин, а основным жанром на многие годы становится портрет.
Веласкес много раз писал короля Филиппа и его детей. Особенно часто — дочь Филиппа инфанту Маргариту. Сохранилось несколько портретов, на которых видно, как постепенно она взрослела и как менялось ее лицо.
Вскоре популярность Веласкеса возросла настолько, что при дворе стало зазорным не иметь портрета его работы. Среди подобных портретов этого периода надо отметить «Графа Оливареса» (1625) и «Шута Калаба-Сильяса» (1626-1627). В этих портретах, становящихся все более «нематериальными», кисть живописца обретает легкость, изображая темы в определенном отношении менее возвышенные, но в то же время более элегантные и социально значительные. Кроме придворных портретов Веласкес создал целую галерею изображений деятелей испанской культуры драматурга Лопе де Вега, Тирсо де Молина и Кальдерона, поэта Кеведо.
Однако популярность Веласкеса вызывала не только поклонение, но и зависть. Смелость молодого севильянца, не считавшегося с академическими традициями, привела к конфликту с наиболее авторитетными художниками. Они настояли на том, чтобы был устроен конкурс. В 1627 году Веласкес написал большую историческую картину «Изгнание морисков». На ней была изображена одна из самых трагических страниц испанской истории — изгнание из страны всех, кто имел арабское происхождение. Хотя резкая экспрессия картины противоречила ее парадному, официальному предназначению, король пришел в восторг от работы Веласкеса и велел выставить картину в одном из дворцовых залов для всеобщего обозрения. Там картина провисела несколько недель, после чего король велел перенести ее в зеркальный зал, где висели его любимые картины Тициана и Рубенса. А сам художник получил весьма высокую по тем временам награду — он стал хранителем королевской двери, что было равноценно должности камергера.
В 1629 году художник завершает необычную для испанской традиции картину на античный сюжет — «Вакх» или «Пьяницы» (1628-1629).
«Полагают, что здесь воспроизведен обряд посвящения в братство Вакха, — пишет Л.Л. Каганэ. — Жизнь города, его типы и нравы по-прежнему интересовали Веласкеса. Но теперь смелее стал выбор типажей, разнообразнее характеристики изображенных, более обобщенным и монументальным решение картины. Подобно современной литературе и театру, Веласкес изобразил столь характерных для Испании той поры деклассированных представителей общества. Есть в них и удаль, и бесшабашность, и веселье, и горечь. Но в целом художник отдает должное жизнестойкости и оптимизму своего народа. Античный сюжет позволил художнику порвать с традицией интерьерной бытовой сцены. Он выносит действие на природу, отчего ровнее становится освещение, богаче сверкают краски. Правда, передний план написан еще несколько тяжеловесно, контрасты света и тени довольно сильные. Но методом изображения сцены на открытом воздухе, новым для живописи той поры, Веласкес в совершенстве овладеет позднее».
В 1629 году король милостиво разрешил художнику присоединиться к свите знаменитого полководца Амбросио Спинолы, отправлявшегося на соседний полуостров. Веласкес посетил Венецию, Феррару, Рим, Неаполь. Он копировал картины Тинторетто, фрески Микеланджело, изучал античную скульптуру, знакомился с произведениями современных ему итальянских художников.
Поездка в Италию содействовала расширению его художественного кругозора и совершенствованию мастерства. После возвращения художник много работает, тридцатые годы стали самым плодотворным периодом его творчества. Сначала появляется «Кузница Вулкана» (1630), где мифологические образы соединены со сценами, приближенными к реальности. В 1634-1635 годах Веласкес написал свое единственное батальное полотно «Сдача Бреды», где его мастерство предстает во всем блеске.
1625 год. Осажденная испанцами голландская крепость Бреда пала. Комендант Бреды Юстин Нассауский вручает ключи от крепости испанскому полководцу Спиноле. В центре полотна фигуры двух полководцев согбенный под тяжестью поражения Ниссау, в желтой одежде, с ключом в руке устремляется к победителю. Одетые в черные доспехи, с розовым шарфом через плечо теснятся испанцы. Стойный лес копий (отсюда второе название картины «Копья») создает впечатление численного превосходства и мощи испанского отряда. «Для своего времени эта картина была откровением по правдивости изображения исторического события и новизне художественного решения», — пишет Л.Л. Каганэ.
Портреты по-прежнему преобладают в творчестве Веласкеса. Они становятся значительно разнообразнее по композиции и живописному решению. Как пример можно привести произведения тридцатых годов — охотничьи и конные портреты Филиппа IV и членов его семьи (1630-е). Классическая ясность композиции, изысканность цветовых отношений сочетаются в этих больших картинах с исключительной для того времени убедительностью и живописной свободой в трактовке пейзажей.
На протяжении 1630-1640-х годов Веласкес создал серию портретов карликов и шутов. Сквозь шутовскую личину великий мастер увидел духовный мир этих людей, обиженных природой, изобразил без тени насмешки, с простотой и тактом.
В 1649 году Веласкес снова едет в Италию, на этот раз уже не безвестным молодым художником, а прославленным мастером. Картины, которые он создал в Риме, принесли ему еще большую славу. Среди них исключительное значение имеет портрет папы Иннокентия Х, выполненный около 1650 года.
В.И. Раздольская пишет «Веласкес изобразил его сидящим в кресле, в спокойной, но исполненной скрытого напряжения позе. Доминирующие в картине красные тона звучат особенно интенсивно в горячем свете, который пронизывает фигуру, придавая ей необычайную живость. Иннокентий Х был некрасив, и Веласкес не стремился облагородить его внешность. Но большая внутренняя сила и темперамент читаются в грубоватом лице папы, в цепком тяжелом взгляде словно сверлящих зрителя маленьких глаз. Перед нами скорее умный, жестокий, энергичный светский государь, а не духовное лицо. Острота характеристики, глубокий психологизм, необыкновенное мастерство живописи позволяют считать эту работу одним из высших достижений мирового портретного искусства. Сам Иннокентий Х нашел портрет «слишком правдивым», однако щедро наградил за него художника.
Побоявшись потерять Веласкеса, Филипп IV прислал ему сердитое письмо, и в 1651 году художник возвращается в Испанию. Филипп IV возводит художника на высшую в государстве должность — гофмаршала. Теперь Веласкес, наконец, получил полную независимость. Он создает единственное в своем творчестве изображение обнаженной женщины — «Венера и Купидон».
К пятидесятым годам относится один из самых сложных портретов мастера — портрет Филиппа IV (1654). В поблекшем лице короля, в его потухшем взгляде Веласкес блестяще передает усталость, разочарование, горечь, которые не могут скрыть горделивая осанка и привычно надменное выражение.
Главные полотна Веласкеса позднего периода — крупномасштабные композиции «Менины (юные фрейлины)» (1656) и «Пряхи» (1657). «Менин» часто называют «картиной создания картины». «В свете подобного толкования, — пишет В.И. Раздольская, — особое значение приобретает в ней автопортрет художника. Изобразив себя за работой, как равного, в кругу королевской семьи, Веласкес утверждает ценность и достоинство творческой личности в обществе, построенном на строгой сословной иерархии. Более того, сам процесс творчества стал сюжетом картины. А безупречное мастерство Веласкеса подтвердило правомерность его замысла. Гармония ритмического строя, которому подчинено расположение фигур, не нарушает естественной непринужденности изображенной сцены. Построение композиции и сложнейшее решение света создает не только убедительное ощущение реального пространства, но словно втягивает в него зрителя, стоящего перед картиной».
«Пряхи» — апогей мастерства художника. «Если бы знать, как объяснил бы нам этот сюжет сам Веласкес! — пишет А. Якимович. — Версия о ковровой мануфактуре появилась не в его время, она появляется впервые в 1772 году, в описи мадридского дворца. Там картина «Пряхи» так и описывается — «ковровая мануфактура, где женщины прядут и сматывают нити». Таков взгляд здравомыслящего, рассудительного века Просвещения. Но согласимся ли мы с ним сегодня Действительно, пряхи налицо, они заняты своим делом. Неудивителен задний план. Неужели эти переливы шелка дамских платьев, эта невесомая прозрачность атмосферы и игра солнечного луча, весь этот арсенал живописи, достойный Тициана и Ватто, Вермеера и Гейнсборо, — неужели все это понадобилось для того, чтобы рассказать о жанровой сцене, о каждодневных делах Быть того не может. Стали искать скрытый смысл картины. В ход пошел исторический, филологический и научный аппарат. Оказалось, что в картине есть скрытая, слегка «замаскированная» мифологическая тема. Она связана с прядением и ткачеством…»
Придворная карьера Веласкеса к тому времени достигает своей вершины король наградил его высшим орденом Испании — крестом Сантьяго. Так был создан прецедент человек искусства стал кавалером одного из древнейших в Европе рыцарских орденов.
К несчастью, художник в то время был уже тяжело болен. И все больше усилий ему приходилось прилагать, чтобы работать за мольбертом. После присутствия на церемонии бракосочетания королевской дочери и французского короля Людовика XIV, Веласкес слег и через несколько часов умер. Это произошло 6 августа 1660 года.

Комментариев к записи Веласкес Диего Родригес де Сильва 6 июня 1599 года — 6 августа 1660 года нет

Валленштейн Альбрехт Венцель Евсевий 24 сентября 1583 года – 25 февраля 1634 года

Валленштейн Альбрехт Венцель Евсевий 24 сентября 1583 года – 25 февраля 1634 года
Валленштейн Альбрехт Венцель Евсевий 24 сентября 1583 года – 25 февраля 1634 года

Валленштейн Альбрехт Венцель Евсевий
24 сентября 1583 года – 25 февраля 1634 года

Смерть по гороскопу
Сергей МАХУН (Всемирный следопыт, СПб)
Когда в спальню героя Тридцатилетней войны Валленштейна ворвались убийцы, он не удивился. Ему ли, всю жизнь доверявшему звездам больше, чем людям, не знать: планеты начинают выстраиваться в линию — по одну сторону от Солнца Сатурн и Юпитер, а по другую — Меркурий и Венера… Значит, пришло время умереть. Ведь гороскоп предсказал ему: при таком положении небесных светил он должен встретить свою смерть…
События, о которых идет речь и которые будут интриговать поэтов и историков не одно столетие, произошли вечером 25 февраля 1634 года на западе Чехии, в Эгере (современном Хебе). Незадолго до этого здесь в сопровождении самых верных сторонников появился герцог Альбрехт Венцель Евсевий фон Валленштейн (в Чехии его называют Вальдштейн) — знаменитейший полководец Европы.
Всемогущий главнокомандующий армией империи Габсбургов в ходе Тридцатилетней войны (1618-1648) был вынужден искать убежища вблизи позиций шведских войск. 6 ноября 1632 года генералиссимус в битве под Лютценом потерпел свое единственное серьезное поражение. Крупнейшие гарнизоны императорских войск в Чехии отказались повиноваться опальному полководцу, и ему предстояло сделать последний шаг — примкнуть к шведам, непримиримым врагам империи. С этого часа звезды окончательно отвернулись от него.
«Опасность не миновала»
Указом императора Фердинанда II Габсбурга Валленштейн был смещен с должности и лишен всех земель и титулов. Но он все еще пытался удержаться на властном Олимпе. Грандиозные планы европейского масштаба продолжали волновать мастера закулисных интриг. Возможно, Валленштейну грезилась чешская корона святого Вацлава, хранившаяся в Пражском Граде. Многие исследователи уверены, что генералиссимус решил вести самостоятельную игру на руинах Священной Римской империи, опираясь на помощь то ли Франции, то ли Швеции — главных врагов Габсбургов и Рима. Во всяком случае, в тайные переговоры со шведами он вступил — об этом сохранились документальные свидетельства.
Казалось, что непревзойденный шахматный игрок, блестяще просчитывавший многоходовые комбинации как на европейском театре военных действий, так и на поприще «повышения своего благосостояния», найдет выход из сложного положения, в котором оказался. Но Валленштейн не знал, что 18 февраля 1634 года император издал секретный приказ о его аресте. Исполнители приговора должны были доставить мятежного генералиссимуса «живым или мертвым».
В тот роковой вечер Валленштейн расстался со своим придворным астрологом Баттиста Сэни и готовился отойти ко сну. Итальянец несколько часов беседовал с ним, обсуждая расположение планет и звезд (герцог никогда не принимал важных решений без указаний звездочета). Уже прощаясь с Валленштейном, «серый человек», как его за глаза называли солдаты, сказал: «Опасность не миновала…»
Между тем первый акт кровавой драмы уже начался, и в парадной зале замка Хеб только что были убиты высшие чины из самого ближайшего окружения генералиссимуса — фельдмаршал Кристиан Иллов, генерал Адам Терцки, полковник Вильгельм Кински и ротмистр Нойман…
Заговор
Главную роль среди заговорщиков играли комендант крепости шотландец Гордон и его соотечественник майор Лесли, а также ирландец Вальтер Бутлер, присоединившийся со своим полком драгун к Валленштейну несколькими днями раньше.
Они были намерены исполнить секретный приказ императора, надеясь погреть руки на имуществе «изменников». Не секрет, что Валленштейн и люди из его окружения (многие были связаны с полководцем родственными узами) обладали несметными богатствами: замками и поместьями в Чехии и Моравии. Британцы (среди заговорщиков были исключительно шотландцы-протестанты и ирландцы-католики) предварительно сняли с караулов преданных полководцу солдат и офицеров и объявили о банкете в честь генералиссимуса, но последний, сославшись на болезнь, вежливо отказался прибыть в зал для приемов…
Вот как описывает Фридрих Шиллер в своей «Истории Тридцатилетней войны» финальную сцену зловещего банкета: «Не помышляя об опасности, уже нависшей над их головами, гости беспечно предались пиршественным утехам и, наполнив чаши, провозглашали здравицы во славу Валленштейна — уже не императорского слуги, а самодержавного государя. Вино развязало им языки, и Илло (правильно Иллов. — С.М.) чрезвычайно самоуверенно заявил, что через три дня здесь будет армия, равной которой Валленштейн никогда еще не возглавлял… Среди разговоров приносят десерт, и тут Лесли дает условленный знак занять подъемный мост и забирает ключи от всех ворот замка». Из шкафов столовой выскакивают драгуны Бутлера и набрасываются на гостей. Кински и Терцки были заколоты, даже не успев обнажить оружие. Барон Иллов мужественно принял смерть, сразив перед тем двух драгун. Нойман сумел лишь вырваться из зала, но во внутреннем дворе замка также был заколот.
Заговорщики незамедлительно отправили своих людей за пределы замка, чтобы нейтрализовать сторонников Валленштейна. Покои полководца находились под строжайшим контролем драгун Бутлера. Гордон, Лесли и Бутлер около часа совещались, не решаясь исполнить приказ императора. В конце концов они решили действовать, но чужими руками. Таким образом два капитана-драгуна, ирландец Деверу и шотландец Макдональд, также «вошли в историю». Вместе с шестью солдатами, вооруженными алебардами, кондотьеры направились к покоям Валленштейна. Лишь верный паж полководца пытался помешать заговорщикам, но был убит.
Разбуженный шумом Валленштейн спокойно стоял у окна. Он смотрел, как заговорщики взламывали двери, ни на сантиметр не сдвинувшись с места. И так же спокойно, с надменным выражением лица, выслушал тираду Деверу. Если верить Шиллеру (а он использовал источники XVII века) герцог широко распростер руки и принял удар алебардой прямо в грудь. Без малейшего звука и стона он упал замертво.
Немецкий историк Арндт писал: «Потому именно, что Валленштейн заблудился в своем высоком духе и в своих предначертаниях, мелкие люди и могли перехитрить и умертвить его. Какие были его планы, насколько они созрели, какая была цель их, не мог ли он склониться столько же на сторону германского отечества и императора Фердинанда, сколько и против них, была ли вся полнота сердца его, до последнего решения, ясна и светла, в созвездиях, для души его — то все сокрыла ночь, узревшая его плавающим в своей крови…»
Гороскоп капитана Валленштейна
Гороскоп, который не только предсказал время смерти, но и предрек великую судьбу безвестному капитану императорских войск, был составлен Иоганном Кеплером. С просьбой об этом к выдающемуся математику и астроному Валленштейн обратился через посредника в 1608 году.
Вот тогда-то Кеплер и вычислил, что будущему герою придет смерть во время противостояния Сатурна и Юпитера Меркурию и Венере, то есть в начале марта. Валленштейн был убит 25 февраля 1634 года около 9 часов вечера.
Что еще увидел Кеплер, глядя на звезды?
Рассчитав положение между Меркурием и Юпитером в гороскопе капитана, родившегося 24 сентября 1683 года под знаком Весов, ученый написал: «Меркурий находится в точной оппозиции к Юпитеру, что дает мне основание утверждать, что этот господин очень суеверен, что он держит под своей властью громадное количество людей, не простых, а вооруженных, из-за чего его собственная личность попадает в страшнейшую путаницу и вызывает большое смущение» (соотношение Меркурия и Юпитера указывает также на обман и клевету со стороны высокопоставленных лиц, которые должны совершить коварное убийство).
Обратившегося к нему человека Кеплер характеризует как «живого, быстрого, горячего и беспокойного, проявляющего любопытство ко всяческим новшествам, не принимающего общепринятых норм и стандартов поведения, а стремящегося ко всему новому, неизведанному или необычному». Ему присуща «склонность к алхимии, магии и колдовству, способность общения с духами, презрение и равнодушие к человеческим установлениям, условностям и ко всем религиям, потому что все, что предлагает Бог или человек, он подвергает сомнению и презирает». Кеплер весьма точен в описании личности Валленштейна (которого он никогда не видел), хотя в гороскопе не хватает доминирующей для него тогда еще не открытой планеты Уран, символизирующей беспокойство души и непостоянство судьбы с многими внезапными и неожиданными переменами и изменениями.
Составленный Кеплером гороскоп Валленштейн всегда носил с собой. Скорее всего, его интересовал не собственный портрет, мало думал он и о смертном часе. Больше всего капитана окрылила фраза: «Такая необычная натура будет способна на большие дела».
Большие дела
Валленштейн начал готовиться к великим деяниям уже давно. Во-первых, он, чувствуя, что «первая среди равных» религия начинает контрнаступление, перешел из лютеранства в католичество. Во-вторых, большие дела требовали и больших средств. Через год после составления гороскопа Альбрехт, который был беден как церковная мышь и вечно брал деньги взаймы у богатых родственников, серьезно поправил свое имущественное положение: по наущению патера-иезуита он женился на богатой пожилой вдове, Анне-Лукреции фон Ландек, владелице обширных поместий в Моравии. В 1614 году уже и сам Валленштейн стал вдовцом, а еще через пару месяцев он получил громадное наследство после смерти дядюшки.
Звезда будущего полководца взошла в 1618 году, когда на его родине вспыхнуло восстание. 23 мая чехи, возмущенные попранием императором свободы вероисповедания, выбросили из окон Пражского замка наместников Фердинанда — Славату и Мартиницу. Чиновники отделались легким испугом, так как упали в мусорную яму. Чешский сейм избрал временное правительство — Директорию — и спешно стал формировать армию во главе с графом Турном. Эти события, названные «пражской дефенестрацией» (от латинского fenestra — «окно»), положили начало Тридцатилетней войне. Валленштейн, чьи родственники были чехи и протестанты, самым активным образом выступил на стороне католиков, сформировав на свои средства кирасирский полк, с его помощью прихватив казну Моравии.
Имперцы-католики нанесли страшное поражение чешско-пфальцской армии при Белой Горе в ноябре 1620 года. Свирепые расправы над «еретиками» сопровождались конфискациями земель инсургентов. Как один из самых активных участников подавления восстания, Альбрехт получает громадные поместья. 120 тысяч гектаров земли стали основой его владений — теперь он самый богатый землевладелец Чехии. Уже тогда состояние удачливого кондотьера оценивалось в астрономическую сумму — 30 миллионов гульденов. А впереди у Валленштейна будут новые победы на поле брани (достигнутые, впрочем, более числом, чем умением), множество титулов и пожалование новых земель. Так, в 1629 году он к титулу герцога Фридланда присоединяет титул владетельного герцога Мекленбургского и «генерала Балтийского и Океанического морей» (сейчас Северное).
В 1630 году, в зените славы, Валленштейн отправлен императором в отставку — князья были возмущены поведением «выскочки» и непомерными контрибуциями, которые армия Валленштейна выколачивала из населения их земель вне зависимости от того, были они протестантами или нет. Но блестящие победы шведского короля Густава II Адольфа на немецкой земле вынудили императора — с большой неохотой — вновь вернуть Валленштейна на службу. Но «второе пришествие» герцога на пост главнокомандующего армией не принесло ему былых лавров. После сокрушительного поражения последнего кондотьера мировой истории под Лютценом, его ждал трагический финал в эгерском замке.
Образ дерзновенный
Мнения современников о Валленштейне весьма противоречивы. Одни видели в нем те качества, которые придавали ему ореол могущества: бесстрашие, решительность, щедрость, умение общаться с подчиненными, толерантность и веротерпимость. По свидетельствам других, генералиссимус был надменным и злобным. По гороскопу Кеплера, он «будет безжалостным, лишенным способности к братской или супружеской любви, никого не любящим, преданным только себе и своим желаниям, суровым по отношению к своим подчиненным, скупым, алчным, вероломным, несправедливым в поступках, обычно молчаливым, часто импульсивным, а также воинственным и бесстрашным».
Некоторые не слишком привлекательные черты характера Валленштейна можно объяснить тем, что в течение долгих лет его мучила болезнь.
«Альбрехт из Валленштейна всю жизнь, точнее с 1604 года, когда заразился так называемой венгерской болезнью, страдал недолеченным сифилисом, что в последнее десятилетие его жизни привело к развитию tabes dorsalis — сухотки спинного мозга…
Деформации скелета подтверждают исторически общеизвестные затруднения при ходьбе вплоть до неподвижности в последние годы жизни Альбрехта Валленштейна… За физическим недугом последовало вскоре и психическое расстройство, а следовательно, полное разложение личности герцога». Таково свидетельство врача Эмануэля Влчека, проводившего антропологическое исследование останков Валленштейна в 1975 году (из книги «О недугах сильных мира сего. Властелины мира глазами невролога» чешского писателя Ивана Лесны). Каким же был этот человек, пользующийся славой почти демонического существа, которому Шиллер дал такую оценку: «Вознесенный честолюбием и честолюбием низвергнутый в прах, при всех своих недостатках большой и удивительный человек, он был бы достоин восхищения, если бы соблюдал меру»?
Вопрос остается открытым. Пусть каждый ответит на него по-своему. Ясно одно: «отважный сын изменчивой фортуны» до сих пор интересен и вызывает споры. Ему не грозит забвение.

Комментариев к записи Валленштейн Альбрехт Венцель Евсевий 24 сентября 1583 года – 25 февраля 1634 года нет

Высоцкий Владимир Семенович 25 января 1938 года – 25 июля 1980 года

Высоцкий Владимир Семенович 25 января 1938 года – 25 июля 1980 года

Владимир Высоцкий родился 25 января 1938 года в Москве в семье военнослужащего. На фронте отец Володи познакомился с другой женщиной и ушел из семьи, затем вышла замуж и его мать. В 1941-1943 годах Володя с матерью Ниной Максимовной находится под г. Бузулук Оренбургской области в эвакуации, а с 1947 по 1949 год в г. Эбервальде (Германия), где живет в семье отца Семена Владимировича и его жены Е. С. Лихалатовой. Начиная с 13 лет Высоцкий стал прогуливать уроки, собираться с компанией на квартире друга Левона Кочаряна, играть в карты и выпивать. В 1955 году он заканчивает среднюю школу и поступает в Московский инженерно-строительный институт, из которого уходит, проучившись полгода. Летом 1956 года Владимир подал документы в Школу-студию МХАТа и поступил туда с первого же захода. На втором курсе он познакомился с третьекурсницой Школы-студии Изой Мешковой-Жуковой. Осенью 1957 года она переехала из общежития к нему на квартиру. В мае 1958 года сыграли свадьбу, но молодой муж продолжал посещать мальчишники, из-за чего у молодых вскоре после свадьбы начались первые ссоры. Осенью 1961 года, в Ленинграде на съемках в эпизодической роли в фильме “713-й просит посадку” актер познакомился с молодой киноактрисой Людмилой Абрамовой. Позже она вспоминала: “Я его совершенно не знала в лицо, не знала, что он актер. Ничего не знала. Увидела перед собой выпившего человека. И пока я думала, как обойти его стороной, он попросил у меня денег. У Володи была ссадина на голове и, несмотря на холодный дождливый ленинградский вечер, он был в расстегнутой рубашке с оторванными пуговицами. Я как-то сразу поняла, что этому человеку надо помочь. Попросила денег у администратора, та отказала. Потом обошла несколько знакомых, которые жили в гостинице, — безрезультатно. И тогда я дала Володе свой золотой перстень с аметистом действительно старинный, фамильный, доставшийся мне от бабушки. С Володей что-то произошло в ресторане, была какая-то бурная сцена, он разбил посуду. Его собирались не то сдавать в милицию, не то выселять из гостиницы, не то сообщать на студию. Володя отнес в ресторан перстень с условием, что утром он его выкупит. После этого он поднялся ко мне в номер, там мы и познакомились”. Через несколько дней после этой встречи Высоцкий отбил телеграмму другу: “Срочно приезжай. Женюсь на самой красивой актрисе Советского Союза”. В ноябре 1962 года у Абрамовой и Высоцкого родился сын Аркадий. Когда через год жена сообщила мужу, что у них будет еще один ребенок, Высоцкий был против, потому что сидел без работы и без денег. Однако 8 августа 1964 года у них родился сын Никита. Брак с Абрамовой постепенно стал рушиться. Своему другу В.Золотухину Высоцкий говорил: “Детей своих я не вижу. Да и не любят они меня. Полчаса в неделю я на них смотрю, одного в угол поставлю, другому по затылку двину. А они орут. Разве это воспитание? Да и с женой не лучше. Шесть лет живем, а у меня ни обедов нормальных, ни чистого белья, ни стираных носков…» 19 июля 1967 года, в дни работы Пятого Московского кинофестиваля, Владимир Высоцкий познакомился с французской актрисой Мариной Влади. Она пришла на спектакль Театра на Таганке “Пугачев”. Затем французскую кинозвезду повели за кулисы, и там она впервые встретилась с актером. Дальше почетную гостью кинофестиваля повезли в ресторан ВТО, вслед за ней туда отправился и Высоцкий.
На следующий день в пресс-баре гостиницы “Москва” на заключительном банкете Высоцкий без конца приглашал французскую гостью танцевать и на протяжении всего вечера никому не позволял отнять у него партнершу. Влади не придала значения ухаживаниям русского актера. И даже просила своих московских знакомых: “Ребята, вы его уведите подальше от гостиницы, а то он возвращается и это… ломится в номер”. В те дни у Влади был серьезный роман с молодым румынским актером Кристоей Аврамом. К тому времени Влади была уже дважды разведена. Все изменилось через год. Летом 1968 года она приехала в Советский Союз для участия в фильме и остановилась на квартире друзей в Москве. Высоцкий нашел ее и откровенно признался, что жить без нее не может, и Влади ответила ему своим согласием: “Всей ночи нам не хватило, чтобы до конца понять глубину нашего чувства. Мы тонем в бесконечном пространстве, где нет ничего, кроме любви. Наши дыхания стихают на мгновение, чтобы слиться затем воедино в долгой жалобе вырвавшейся на волю любви”. У законной жены Высоцкого Л. Абрамовой, естественно, были другие эмоции: “…с грехом пополам, собрав силы и вещи, я наконец ушла от Володи. Поступок был нужный и умный, и я это понимала. Но в голове стоял туман: ноги-то ушли, а душа там осталась… Кроме всего прочего еще и куда уходить? Как сказать родителям? Как сказать знакомым? Это же был ужас… Я не просто должна была им сказать, что буду жить одна, без мужа. Его уже все любили, он уже был Высоцким… Я должна была у всех его отнять. Но, если бы я знала раньше все, я бы ушла раньше…” Между тем, актер пил и неоднократно ложился на лечение от алкоголизма. На этой почве 24 января 1970 года Владимир Высоцкий избил и чуть не задушил Марину Влади, специально прилетевшую в Москву выводить любимого из запоя. При этом он разбил в своей квартире окна, сорвал с петель дверь. Однако это не помешало им 1 декабря того же года официально расписаться в ЗАГСе. Через полтора месяца Высоцкий вновь запил, а Влади собрала вещи и улетела во Францию: “Я застегнула чемоданы и уехала из Москвы после долгого и тяжелого периода твоего этилового безумия. В то время терпения у меня было не так много, и, смертельно устав, не зная еще никакого средства, чтобы заставить тебя прекратить весь этот кошмар, я сбежала, оставив записку: “Не ищи меня”. Это, конечно, было наивно. Я к тому времени недавно стала твоей законной женой, и свидетельство о браке, по твоему мнению, обязывало меня безропотно терпеть все твои выходки”. К 1978 году Высоцкий и Влади заметно устали от пьянства и наркомании актера и были раздражены друг на друга. В это время с Высоцким познакомилась 17-летняя студентка текстильного института Оксана Афанасьева. 23 июля 1980 года состоялся последний телефонный разговор Высоцкого с Влади, в котором он обещал прилететь в Париж 29 июля.

Творческая биография: А.Е.Крылов, В.Ш.Юровский; Из сб. «50 российских бардов». М., 2001

В 1956-м поступает в Школу-студию МХАТ на актерское отделение, которое заканчивает в 1960-м. В 19601964 годы работает (с перерывами) в Московском драматическом театре им. А. С. Пушкина, а в 1962 году несколько месяцев в Московском театре миниатюр; снимается в эпизодических ролях в кино. В 19601961 годах появляются его первые песни. В конце 1964-го В.Высоцкий поступил в Московский театр драмы и комедии на Таганке, где работал до 1980 года. Он играл в спектаклях “Антимиры”, “Берегите ваши лица” (оба по стихам А.Вознесенского), “Десять дней, которые потрясли мир” (по Дж.Риду), “Послушайте” (по стихам В.Маяковского), “Павшие и живые” (по стихам поэтов военного поколения). Им были также были сыграны такие роли, как Галилей и безработный летчик Янг Сун в спектаклях по пьесам Б.Брехта “Жизнь Галилея” и “Добрый человек из Сезуана”, беглый каторжник Хлопуша в спектакле “Пугачев” по драматической поэме С.Есенина, Лопахин в “Вишневом саде” А.Чехова. Последней премьерой Высоцкого на сцене стала роль Свидригайлова в спектакле “Преступление и наказание” по Ф.Достоевскому в инсценировке Ю.Карякина (1979). Но самой значительной работой Владимира Высоцкого в театре осталась его заглавная роль в шекспировском “Гамлете” (1971), которая была им сыграна 317 раз; спектакль был удостоен театральных премий в Югославии, Франции, Польше. Песни В.Высоцкого звучали во многих спектаклях, как театра на Таганке, так и Театра сатиры (“Последний парад” А.Штейна), “Современник” (“Свой остров” Р.Каугвера), Театра имени М.Н.Ермоловой (“Звезды для лейтенанта” Э.Володарского). В 1965 году Владимир Высоцкий начал петь свои песни со сцены. Сначала это были выступления с группой его товарищей актеров театре драмы и комедии на Таганке, затем сольные. 18 января 1967 года в ленинградском клубе “Восток” состоялось его первое официальное выступление. С этого года его все чаще стали приглашать на концерты с песнями в институты, на заводы, в клубы. Взлет его популярности приходится на выход фильма
“Вертикаль” с его песнями летом 1967 года. Как актер, Высоцкий участвовал в создании 30 художественных и телевизионных кинофильмов. Известны его работы в кинофильмах “Хозяин тайги” (1968), “Четвертый” (1972), “Плохой хороший человек” (1973), “Сказ про то, как царь Петр арапа женил” (1976). Особую популярность Высоцкому-киноактеру принесли две роли в телевизионных фильмах Жеглова (“Место встречи изменить нельзя”, 1979) и Дона Гуана (“Маленькие трагедии”, 1980). Во многих фильмах звучат его песни: “Я родом из детства” (1965), “Опасные гастроли” (1969), “Война под крышами”, “Сыновья уходят в бой” (1971), “Ветер надежды” (1975) и других. В 1968 году вышла первая гибкая пластинка с песнями из “Вертикали”, а в 1973-1976 еще четыре авторских миньона. В 1977 году фирма “Мелодия” выпускает в виде двойного альбома запись дискоспектакля “Алиса в Стране Чудес” с песнями Высоцкого. Песни, записанные там же для дисков-гигантов при его жизни, так и не вышли. В 1968-1969 годах автор подвергался нападкам в прессе. Позднее фигуру Высоцкого власти предпочитали замалчивать. Множество ролей оказались несыгранными, песни не входили в фильмы часто по причине запрета на само имя поэта и артиста. Остались нереализованными его драматургические опыты. В 1979 году Высоцкий стал участником неофициального альманаха “Метрополь”; из-за чинимых ему препятствий вынужден был отказаться от своего режиссерского дебюта на Одесской киностудии. В то же время, благодаря своему третьему браку в 1970-м с французской актрисой М. Влади, с 1972 года он получил возможность выезжать за рубеж, выступал в Болгарии (во время гастролей Театра), Венгрии (на киносъемках), а также во Франции, Канаде, Германии, США. Во Франции вышли три авторских диска Высоцкого. Всего им написано более 600 стихотворений, более половины из которых стали песнями; сыграно более 20 ролей на сцене театра, 30 ролей в кинокартинах и телефильмах, 8 в радиоспектаклях, из которых 5 записаны ныне на пластинки. Объездил с полуофициальными концертами всю страну. Последнее выступление Высоцкого с песнями состоялось 16 июля 1980 году в подмосковном Калининграде (ныне Королёв). Умер 25 июля 1980 года, похоронен на Ваганьковском кладбище в Москве.

Комментариев к записи Высоцкий Владимир Семенович 25 января 1938 года – 25 июля 1980 года нет

Врангель Фердинанд Петрович 9 января (29 декабря) 1796 года – 6 июня (25 мая) 1870 года

Врангель Фердинанд Петрович 9 января (29 декабря) 1796 года – 6 июня (25 мая) 1870 года
Врангель Фердинанд Петрович 9 января (29 декабря) 1796 года – 6 июня (25 мая) 1870 года

Врангель Фердинанд Петрович
9 января (29 декабря) 1796 года – 6 июня (25 мая) 1870 года

XIX век. После разгрома наполеоновских полчищ под Москвой в 1812 году Россия становится великой мировой державой как на суше, так и на море. Корабли русского флота бороздят воды многих океанов, совершают кругосветные плавания, завязывают тесные экономические связи, растет торговля с другими странами и материками, и географии предъявляются новые требования.

На «Камчатке» вокруг света
Фердинанд Врангель с юношеских лет был охвачен стремлением проникнуть в далекие моря, узнать чужие страны. Когда мичман военного фрегата «Австроил» на стоянке в Ревельском рейде узнает о готовящемся кругосветном плавании Головина на «Камчатке», он тайком покидает свое судно и с 15 рублями в кармане на небольшом финском каботажнике отправляется в Петербург, разыскивает Головина и настоятельно требует быть зачисленным в экипаж «Камчатки». Головин колеблется — ему нужны люди надежные, проверенные, на которых можно положиться в долгом и трудном плавании, а тут юноша, ничем еще себя не проявивший, молокосос. Как бы там ни было, Головин зачисляет Врангеля младшим вахтенным офицером на «Камчатку», да еще как-то улаживает дело о самовольной отлучке с военного корабля.
В августе трехмачтовый шлюп «Камчатка», вооруженный 28 орудиями, с экипажем в 130 человек выходит в открытое море. Путь через Атлантику, потом Перу, Тихий океан. 3 мая «Камчатка» встала на якорь в Петропавловской гавани. А потом — Командорские острова, остров Беринга, Медный Кадьяк, Русская Америка, колония Росс, Гавайские острова. 5 сентября 1819 года «Камчатка» бросила якорь на Кронштадтском рейде. Позади — серьезная школа мореплавания, и юный восторженный мичман стал зрелым, волевым и многоопытным путешественником.
Путь к белым медведям
Весной 1819 года Александр I распорядился произвести очередное исследование северных берегов Сибири. С середины семнадцатого столетия ходили упорные слухи, что против устья реки Колымы в Ледовитом океане существует земля, быть может, соединявшая север Сибири с Америкой. Для проверки гипотезы уже снаряжалась не одна экспедиция. Последнюю, многолетнюю (1808—1811 годы), возглавлял М.Геденшторм, служивший теперь в скромной должности верхнеудинского исправника под началом генерал-губернатора Восточной Сибири Михаила Сперанского. Ни одна из попыток отыскать эту землю не дала результатов. Но та, что теперь замышлялась, своей продолжительностью и масштабом исследования должна была превзойти все предшествующие.
В развитие императорского указа морской министр маркиз де Траверсе обратился к Сперанскому с просьбой сообщить все те сведения о северном побережье Сибири, какие известны ему и какие он в срочном порядке сумеет собрать. Министр прислал план экспедиции. В устье северных рек должны были слаженно действовать два отряда исследователей. Одному предлагалось отправиться от устья реки Яны, другой должен был продвигаться на север от устья реки Колымы. По мысли морского министра, успех экспедиции, к которой император проявлял необычный для него интерес, во многом зависел от усилий Сперанского, его знаний и распорядительности.
Сперанскому было поручено составить подробную смету экспедиции. К этой важной работе генерал-губернатор привлек Геденштрома, опытного путешественника, хорошо знавшего север Сибири.
В начале весны в Иркутск прибыли лейтенант Фердинанд Врангель, лейтенант Петр Анжу, а позднее — задержавшийся по болезни в пути Матюшкин. Все они оказались молодыми людьми (старшему — 24, младшему — 20), романтично настроенными, что, впрочем, не мешало им быть деловитыми.
«Ко мне прислали целых две партии молодых морских офицеров для открытий по Ледовитому морю, — сообщает Сперанский в письме к жене. — На сих днях отправляю их в путь к белым медведям. Есть действительно признаки большого острова, а может быть, и земли, соединяющей Сибирь с Америкой». Завершается письмо незатейливой шуткой. «Со временем можно будет ходить пешком через Иркутск в Бостон или Филадельфию».
Врангель в своей книге «Путешествие по северным берегам Сибири и по Ледовитому морю» отдаст должное сибирскому генерал-губернатору. Он был прав: «Без попечительства Сперанского успех экспедиции был бы сомнителен». Убедившись при более тесном знакомстве в достоинствах молодых офицеров, Сперанский предоставил им широкие полномочия в той области, куда они направлялись. И в то же время генерал-губернатор продолжал заниматься делами экспедиции вплоть до ее возвращения в столицу.
В поисках Земли Андреева
В очень трудных условиях экспедиция Врангеля в составе 7 человек в течение четырех лет обследовала и нанесла на карты побережья Сибири от устья Индигирки до Колючинской губы и часть Медвежьих островов, определила с большой точностью 115 астрономических пунктов. Трижды экспедиция на нартах по льду направлялась на север в поисках обитаемой земли, о которой сообщали местные жители. Однако неблагоприятная погода мешала дойти до цели. Анализ гидрометрических условий климата, движения льдов вселяли уверенность, что эта земля должна где-то здесь оказаться. Но только в 1867 году американский китобой Лонг в том месте, где Врангель предполагал наличие суши, открыл остров и назвал его именем Врангеля, желая отдать должную дань человеку, оказавшему такие огромные услуги полярным мореплавателям.
Экспедиция Врангеля провела ценные навигационные, гидрографические, геомагнитные и климатические исследования, сделала множество важных научных выводов, в частности доказала, что полярное море не покрывается сплошным крепким льдом даже в сильнейшие морозы; собрала ценные сведения о природных богатствах и народах Северной Азии.
Материалы экспедиции, собранные самим Врангелем и его помощниками, легли в основу книги «Путешествие по северным берегам Сибири и по Ледовитому морю, совершенное в 1820, 1821, 1822, 1823 и 1824 гг. экспедицией под начальством флота лейтенанта Ф.П.Врангеля».
Научная ценность записок Врангеля очень велика. Особое значение имеют в них исторические обзоры предшествующих путешествий по Ледовитому океану между Карским морем и Беринговым проливом и состояния карт северного побережья того времени; подробные путевые заметки от Петербурга до Нижнеколымска, штабквартиры экспедиции; заметки о местных жителях, их образе жизни и экономике края; описание географии северо-востока Сибири с характеристикой рельефа, растительности, особенностей пролегания вечной мерзлоты, гидрографии и гидрологии; подробные описания всех поездок по льду океана в поисках Земли Андреева, а также некоторые теоретические выводы, вытекающие из сделанных наблюдений.
Личные наблюдения Врангеля дополняются главами, составленными мичманом Матюшкиным, а также материалами доктора Кибера, члена отряда Врангеля. Итоги экспедиции Врангеля помогли научно решить важнейшие для государства проблемы Северного морского пути, практически осуществленные только в советское время.
В Сибири не крадут
Но значение записок Врангеля не ограничивается только научным содержанием. Книга написана хорошим русским языком, дышит чувством истинной поэзии и любовью к природе Арктики. С любовью Врангель относился к коренным жителям севера, интересовался их нуждами, заботился о том, чтобы обслуживание экспедиции не слишком обременяло местное население. Врангель любил повторять слова, ставшие его жизненным девизом: «Фанатизм и национальная ненависть не сродни русскому характеру».
Демократизм и патриотизм Врангеля не оставил его и тогда, когда он достиг высоких чинов и званий: был назначен главным правителем Российско-Американской компании, директором гидрографического департамента, управляющим Морским министерством, стал полным адмиралом. Он настойчиво препятствовал злоупотреблениям местных властей, боролся с хищническим уничтожением пушного зверя, разумно регулировал пушной промысел. Впоследствии, когда царское правительство продало в 1867 году Аляску Соединенным Штатам Америки, Врангель горячо протестовал против этой продажи.
В своих записках Врангель удивительно наглядно умеет передать ощущение ширины России, ее огромных просторов, разнообразие природы.
«От Москвы до Иркутска на пространстве 5317 верст встречали мы несколько раз весну и несколько раз зиму: своротя в сторону на незначительное по сибирским размеру расстояние, мы могли бы найти столь же легко совершенное лето. В Казани зеленели уже деревья и луга украшались прекраснейшими цветами, а на высотах и долинах Уральских гор лежал еще глубокий снег. В окрестностях Тобольска едва пробивалась светло-зеленая трава по отлогим местам, между тем как в романтическом Красноярске улыбалась нам роскошнейшая весна, а в Иркутске стояли сады уже в полном цвету. К сожалению, спеша на место нашего назначения, мы только мимолетом удивлялись беспрестанно сменявшимся красотам природы и резким противоположностям всякого рода, которые делались еще более резкими от быстрой езды нашей и от того, что, не в состоянии будучи следовать за постепенными изменениями предметов, переносились мы из великолепных чертогов столицы белокаменной Москвы в юрты кочующих тунгусов, из необозримых дубовых и липовых лесов Казани на голые, снегом и льдом покрытые тундры по берегам Алазея и Колымы. Какая разность в климате, физиономии страны!»
Большое впечатление на путешественника произвели приветливость и гостеприимство сибиряков: «Вас поражает самым неожиданным образом редкое добродушие и приветливость обитателей сей страны, которую все еще представляют себе столь многие, особенно иностранцы, ужасной холодной пустыней, наполненной злодеями и преступниками. Вместо того путешественник встречает здесь, именно в южной части, роскошную растительность, хорошо возделанные поля, отличные почтовые дороги, большие хорошо устроенные деревни и совершенную безопасность, какую едва ли можно найти в образованнейших государствах Европы. Везде принимали нас с радушным гостеприимством и бескорыстием и без малейшей задержки тотчас отправляли дальше. При перемене лошадей, случалось ли то днем или ночью, вещи наши лежали на большой дороге без всякого присмотра, и часто при малейшем изъявлении насчет того опасения нам отвечали простосердечно: «Не боись! Тут ничего не украдут».
Сергей Марков, для «СМ Номер один»

Комментариев к записи Врангель Фердинанд Петрович 9 января (29 декабря) 1796 года – 6 июня (25 мая) 1870 года нет

Ванбру Джон 24 января 1664 года – 26 марта 1726 года

Ванбру Джон 24 января 1664 года – 26 марта 1726 года
Ванбру Джон 24 января 1664 года – 26 марта 1726 года

Ванбру Джон
24 января 1664 года – 26 марта 1726 года

Ванбру — английский архитектор и писатель, представитель барокко.
Родился в Лондоне в семье купца (фламандца по происхождению). Был крещен 24 января 1664, вероятно в день рождения. В 1667 семья переехала в Честер (графство Чешир). Служил в армии; в 1686 – в связи с предвоенной напряженности в отношениях между Англией и Францией – был арестован в Кале как «английский шпион» и несколько лет провел в заключении. Впервые занялся литературой, находясь в Бастилии; вскоре после этого был освобожден (1692), вернулся на родину и продолжал (до 1696) воинскую службу.
В 1696 в лондонском Королевском театре (на Друри-лейн) была поставлена первая его пьеса – комедия Неисправимый, или Добродетель в опасности (The Relapse, Or Virtue in Danger). Она имела большой успех, так же как и следующая комедия, Оскорбленная жена (The Provok`d Wife, 1697), которая считается лучшим его литературным произведением; однако в 1698 священник Дж.Колльер в специальном памфлете резко раскритиковал Ванбру за «аморальность» его пьес. Позднее в его драматургии, изначально фарсовой, усилилось нравоучительное начало (Сельский дом, The Country House, 1703; Сговор, The Confederacy, 1705). Занял видное место в ряду мастеров «комедии Реставрации», выделяясь (в сравнении с лидером жанра, У.Конгривом) большей раскованностью своего юмора.
Прославился, однако, в первую очередь как архитектор. Был самоучкой, однако родственные связи (по аристократке-матери) позволили ему занять (в 1702) важный пост «инспектора построек королевы». В 1701–1712 руководил строительством дворца Хоуард (графство Йоркшир), одного из самых знаменитых и роскошных зданий сельской Англии. Соавтором большинства его архитектурных произведений стал с этой поры Н.Хоуксмур, прошедший школу К.Рена. Среди других работ Ванбру – усадебные дворцы Бленим (графство Оксфордшир, 1705–1716), Кимболтон (графство Хантингдоншир, 1707–1710), Кингс-Уэстон (графство Эйвон, 1710–1714), Истбэри (графство Дорсет, 1715–1726) Ситон-Делаваль (графство Нортамберленд, 1719–1728), а также собственный дом в Гринвиче (1718–1719). Мастер широко использовал мотивы итальянского Возрождения 16 в. (прежде всего, А.Палладио), отчасти – французского классицизма, придавая им особую пышность и пространственный размах. На фоне элегантной сдержанности, свойственной английскому палладианству в целом, его постройки выглядят достаточно эксцентрично, впечатляя неожиданными, по-своему театральными, контрастами общих масс и отдельных деталей (высмеивая эту эксцентрику, У.Свифт назвал одно его здание – несохранившийся собственный дом Ванбру в центре Лондона, 1700–1701, – «гусиным пирогом»).
Выступал и как паркостроитель. В 1715 был возведен в рыцарское достоинство.
Умер Ванбру в Лондоне 26 марта 1726.

Комментариев к записи Ванбру Джон 24 января 1664 года – 26 марта 1726 года нет