Энциклопедия
Здесь Вы сможете найти самое интересное описание и некоторые цены на продукцию

Сергей Андреев-Кривич биография 28/03/2017

Дадите фотографию, вставлю

Биография Сергей Алексеевич Андреев-Кривич

Сергей Алексеевич занимался изучением творчества М.Ю. Лермонтова. Наибольшую популярность приобрели его книги «Тарханская пора» (1963), в которой он опубликовал записанные им в Тарханах уцелевшие народные песни и рассказы о жизни Лермонтова, и «Всеведенье поэта» (1977) – оригинальный результат изысканий учёного.

Андреев-Кривич приезжал в село Лермонтово в 1960-1962 годах на немного месяцев. В 1964 году он принимал участие во Всесоюзной межвузовской научной конференции в Пензе, посвящённой 150-летию со дня рождения М.Ю. Лермонтова.

Комментариев к записи Сергей Андреев-Кривич биография нет

Георгий Адамович биография

Дадите фотографию, вставлю

Биография Георгий Викторович Адамович

АДАМОВИЧ, ГЕОРГИЙ ВИКТОРОВИЧ (1894–1972), российский стихотворец и критик. С 1924 в эмиграции. Родился 7 (19) апреля 1892 в Москве в семье военного. Выпускник историко-филологического факультета Петербургского университета, участник второго «Цеха поэтов» (1918), приверженец акмеизма и единственный из учеников Н.Гумилева, посвящением которому («памяти Андрея Шенье») открывался второй сборник его стихов Чистилище (1922). Первая поэтическая книжка Адамовича Облака (1916) получила в целом благожелательный отзыв Гумилева, тот, что, и все-таки, отметил чересчур явную подневольность начинающего поэта от И.Анненского и А.Ахматовой. Следующую свою поэтическую книгу, На Западе, Адамович смог выпустить только в 1939, а его итоговый сборник Единство вышел в 1967 в США. Чрезвычайно требовательный к себе, он за свою бытие опубликовал менее ста сорока стихотворений, а кроме того строй переводов, которые делались в основном для петроградского издательства «Всемирная литература», где Гумилев возглавлял французскую секцию.

Если раннее творчество Адамовича всецело принадлежит русскому Серебряному веку, то в эмигрантский отрезок времени его вирши приобретают новое звучание и свойство, потому что они мыслятся в свое время всего как «людской документ», свидетельствующий об одиночестве, неукорененности в мире, экзистенциальной тревоге как главном свойстве самосознания современников. Тональность обоих сборников, изданных в эмиграции, определена преследующим поэта ощущением отрыва от традиций, на которых выросли многие поколения русских людей, и возникшим затем этого сознанием абсолютной свободы, которая становится тяжким бременем: «Мечтатель, где твой мир? Скиталец, где твой здание? / Не поздненько ли выискивать искусственного рая?»

Согласно Адамовичу, творчество – это истина слова, соединенная с правдой чувства. Поскольку преобладающим стало ощущение метафизического одиночества личности, которая, независимо от ее воли и желаний, сделалась всецело свободной в мире, не считающимся с ее запросами или побуждениями, поэзия в старом понимании слова – как искусство художественной гармонии, воплощающее целостный, индивидуальный, неповторимый воззрение на мир, – оказывается в настоящее время невозможной. Она уступает местоположение стихотворному дневнику или летописи, где с фактологической достоверностью передана эта новая обстановка человека в гуще реальности. Свою программную статью, где обобщены мысли, не раз высказанные Адамовичем и в свое время (они составили творческое кредо поэтов «Парижской ноты»), он назвал Невозможность поэзии (1958).

Позиция Адамовича была оспорена его основным антагонистом в литературе В.Ф.Ходасевичем. Развернувшаяся между ними в 1935 дискуссия о приоритете эстетического или документального начала в современной литературе явилась одним из наиболее важных событий в истории культуры Зарубежья. Адамович исходил из убеждения, что поэзия должна некогда всего выказать «обостренное чувство личности», уже не находящей для себя опоры в духовных и художественных традициях прошлого, и противопоставлял «ясности» Пушкина «встревоженность» Лермонтова, которая в большей степени созвучна современному умонастроению. Его собственные вирши проникнуты настроениями тоски по Петербургу (для Адамовича «на земле была одна столица, остальные – без затей города»), чувством пустоты окружающей жизни, поддельности духовных ценностей, которые она предлагает, сознанием счастья и горечи свободы, доставшейся в удел поколению покинувших Россию и не нашедших ей замены. Доказывая, что поэзия уже не в состоянии сделаться, как в прошлом, делом жизни, поучением, философской концепцией, Адамович, и все-таки, часто ставил эти тезисы под колебание своею собственной поэтической деятельностью.

В сентябре 1939 Адамович записался добровольцем во французскую армию, считая, что не вправе оставаться в стороне, и позже разгрома Франции был интернирован. В послевоенные годы пережил недолгий отрезок времени иллюзий сравнительно обновления в СССР. В конце 1940-х годов статьи Адамовича появлялись в просоветских газетах. Его написанная по-французски книжка Другая отчизна (1947) некоторыми критиками из русских парижан была расценена как акт капитуляции перед сталинизмом. Однако вскоре Адамович увидел беспочвенность надежд на то, что на «прочий родине» воцарится новоиспеченный строй вещей.

В 1967 вышла итоговая книжка критических статей Комментарии – этим же словом Адамович определял свою литературную эссеистику, постоянно печатавшуюся с середины 1920-х годов (первоначально в парижском журнале «Звено», а с 1928 в газете «Последние новости», где он вел еженедельное книжное обозрение). Круг интересов Адамовича-критика был шибко широк: мимо него не прошло ни одно значительное явление как литературы эмиграции, так и советской литературы. Многие его наиболее значительные эссе посвящены русской классической традиции, а кроме того западным писателям, пользовавшимся особым вниманием в России. Чуждый строгой литературоведческой методологии, признававшийся в нелюбви к «системам», Адамович неизменно предпочитал форму «литературной беседы» (таким было общее заглавие его регулярных публикаций в «Звене») или заметок, которые часто написаны по частному поводу, и все-таки содержат мысли, важные для понимания общественных и в особенности эстетических взглядов автора.

Настаивая на том, что в искусстве первостепенной важности вопросительный мотив – не «как сделало», а «для чего сделано», Адамович с годами все больше твердо говорил о несостоятельности многих явлений литературы Зарубежья, не нашедшей, по его мнению, того художественного языка, тот, что способен был бы воплотить ситуацию «одиночества и свободы» (так озаглавлена книжка его эссе, 1955). Исключения делались им только для писателей первого ряда – некогда всего для И.Бунина и, с серьезными оговорками, для З.Гиппиус, М.Алданова, Н.Тэффи, а кроме того для В.Набокова; последнему критик (он саркастически изображен в романе Набокова Дар под именем Христофор Мортус) многократно предъявлял жесткие претензии. Для Адамовича «само собой разумеется, что эмиграция связана с убылью деятельности… и значит, может художника… вышибить не то что из колеи, а как бы из самой жизни».

Комментарии, где запечатлена драма русской литературы, пережившей раскол на два лагеря, во многом определили творческое самосознание юный литературы эмиграции в 1920–1930-е годы.

Умер Адамович в Ницце 21 февраля 1972.

Комментариев к записи Георгий Адамович биография нет

Лев Аннинский биография 20/03/2017

Лев Аннинский биография
Лев Аннинский биография

Лев Аннинский биография

Биография Лев Александрович Аннинский

Родился 7 апреля 1934 года в Ростове-на-Дону. Родители: Александр Аннинский и Анна Александрова. Отец по происхождению казак из станицы Ново-Аннинской. Мать — из города Любеча. У родителей Л. Аннинского оказалась общая дорога: ликбез — наробраз. Получив высшее образование, оба попали на ниву просвещения. Отец из преподавателей вуза перешел в продюсеры «Мосфильма». В 1941 году пропал без новости на фронте. Мать так и осталась на всю существование преподавателем химии в техникуме.

В детстве Лева ходил в ребяческий садик. Родители были на работе или в командировках, и большую доля времени он проводил в детском саду или во дворе. В юношеском возрасте на мироощущение, по его собственному признанию, влиял кто угодно: мифы Древней Греции, исторические романы, оставшиеся на отцовской полке (Стивенсон, Эберс, Антоновская и т.д.), после этого — Горький, Толстой, Писарев, Белинский. Склонный от природы к логике и систематике, в выборе жизненных ориентиров он полагался больше на чутье и интуицию. Рано ознакомился с трудами философов, охватывая Канта и Гегеля, и пришел к предположению, что марксизм — это железная клетка, в которой безопасно и через прутья которой «смотри куда хочешь». Потом клетка перестала существовать: он прочел Бердяева, Шестова, Розанова, Булгакова, Федорова, Федотова.

В комсомольском возрасте из озорства и любопытства стал заглядывать в церкви. Возникло непонятное, затопляющее душу чувство счастья, причем в всякий церкви: в православной, католической, протестантской. Однако эпидемии крещений не поддался и верующим не стал.

Окончил филологический факультет МГУ. Выбора профессии не было — был отбор специальности, каковою стала русская литература. Еще в 8-м классе, с первых сочинений, Лев решил заниматься ею и только ею. Причем в любом профессиональном качестве. Если бы он не стал литературным критиком, то стал бы учителем-словесником. Он был готов совершать все что угодно: впитывать текст, действовать в музее, библиотеке — только бы находиться в царстве русских текстов.

Как ни необычно, первая его собственная публикация оказалась в жанре карикатуры. Рисунки были напечатаны в университетской многотиражке и в газете «Московский комсомолец». Первый контент, минувший в печать, появился в той же университетской многотиражке осенью 1956 года. Это была рецензия на знаменитую публикацию того времени — роман Владимира Дудинцева «Не хлебом единым». Дальше последовала череда «редакционных коллективов» и изматывающая тяжба за каждое словечко в каждой публикации. С тех пор у Л. Аннинского вышло порядка двух десятков книг и тысяч пять (!) статей. Однако наиболее значимым из всего написанного он считает тринадцатитомное «Родословие», составленное для дочерей и не предназначенное для печати.

По окончании университета он был распределен в аспирантуру. Выдержал конкурсные экзамены, но следом ему сказали, что положение изменилось и в настоящий момент в аспирантуру берут только с производства. Это происходило осенью 1956 года — позже событий в Венгрии, где «контрреволюцию» начали литераторы. Поэтому в СССР было решено «оздоровить идеологию». Вместоположение того, чтобы строчить диссертацию, Л. Аннинский стал действовать подписи к фотографиям в журнале «Советский Союз», откель сквозь полгода был уволен за «профнепригодность». Пришлось, по его выражению, «сходить в литподенщики», что и определило весь дальнейший творческий стезя будущего критика.

Попробовать, объять, сопрячь и примирить. Понять каждого, сберечь внутреннее равновесие, придать «человеческое лицо» тому, что дала судьба; не поддаваться никакому яду, мороку, самообману, приобрести тайную свободу — такие задачи ставил Л. Аннинский перед собой. Его озорством было напечататься также в двух взаимоисключающих журналах того времени: в «Октябре» и «Новом мире». Это удалось только раз, но ругали его и там, и тут. Постепенно он понял, и более того привык к тому, что все неразрешимо, боль неутолима, счеты несводимы.

Л.Аннинский признался, что неизменно чувствовал себя безусловно в центре общественной жизни, как пить дать вписываясь и состоянием, и поведением в «общественный контекст», но ни при каких обстоятельствах не примерялся ни к каким «движениям» и «партиям». Не исключая и той единственной, посредством которую раньше «открывались все пути». В детстве был счастливым пионером. С комсомолом были связаны лучшие впечатления молодости: студенческие колхозные бригады, агитпоездки, стенпечать, спорт. Но в партию входить не захотел. И не вступил. Потом, в 1990 году, когда все вступившие врассыпную побежали вон из партии, он сам себе сказал «спасибо», что мчаться не пришлось.

Перу Льва Анненского принадлежат книги: «Ядро ореха. Критические очерки» (1965), «Обрученный с идеей. («Как закалялась сталь» Николая Островского)» (1971), «Василий Шукшин» (1976), «Тридцатые-семидесятые; литературно-критические статьи» (1977), «Охота на Льва (Лев Толстой и кинематограф)» (1980, 1998), «Лесковское ожерелье» (1982, 1986), «Контакты» (1982), «Михаил Луконин» (1982), «Солнце в ветвях (Очерки литовской фотографии)» (1984), «Николай Губенко» (1986), «Три еретика. Повести о Писемском, Мельникове-Печерском, Лескове» (1988), «Culture’s tapesty» («Гобелен культуры») (1991), «Локти и крылья. Литература 80-х: надежды, действительность, парадоксы» (1989), «Билет в рай. Размышления у театральных подъездов» (1989), «Отлетающий занавес. Литературно-критические статьи о Грузии» (1990), «Шестидесятники и мы. Кинематограф, ставший и не ставший историей» (1991), «Серебро и чернь. Русское, советское, славянское, всемирное в поэзии Серебряного века» (1997), «Барды» (1999) и другие, а ещё циклы статей в периодической печати, программы на радио.

Литературный ход в России — сущность жизни Л.Аннинского, его жизнеописание. В свою очередность тот самый ход неразрывно связан с трагической историей нашей страны. Лев Александрович — знаток литературы, признанный критик, изучает ход во всем его многоликом единстве. Он считает, что великая русская литература возникла как коррелят Российской империи. «Сначала литература подводит под крепость державы задушевный, «домашний» фундамент (Державин), следом наступает миг равновесия личностного и имперского начал (Пушкин, Толстой), следом персона начинает расшатывать государственную крепость и пророчит ей погибель (Достоевский, Блок). Советская литература — реакция на тот самый сюжет: вначале персона яростно стирается, растворяется в государстве, сливается с ним; возникает то, что называется литературой большого стиля. Момент равновесия опять-таки переходит в яростный бунт личности супротив подавления ее государством, и возникает литература трагического звучания (от Маяковского к Мандельштаму, от Шолохова к Платонову и к Гроссману). Будущее мировое сообщество станет попеременно припоминать героическую и трагическую стороны этой истории в зависимости от того, что у человечества будет болеть».

Живет и работает в Москве.

Комментариев к записи Лев Аннинский биография нет

Гиппиус Зинаида Николаевна 8 (20) ноября 1869 года – 9 сентября 1945 года 16/03/2017

Гиппиус Зинаида Николаевна 8 (20) ноября 1869 года – 9 сентября 1945 года
Гиппиус Зинаида Николаевна 8 (20) ноября 1869 года – 9 сентября 1945 года

Гиппиус Зинаида Николаевна
8 (20) ноября 1869 года – 9 сентября 1945 года

Гиппиус Зинаида Николаевна
(Псевдоним — Антон Крайний и др.; в замужестве Мережковская). Поэтесса, литературный критик, прозаик, публицист, драматург. Родилась в г. Белев Тульской губернии. Семья Гиппиус ведет начало от немца Адольфуса фон Гингста, изменившего фамилию на «фон Гиппиус» и обосновавшегося в Москве в XVI в., где в Немецкой слободе им был открыт первый книжный магазин. Отец Гиппиус служил по судебному ведомству.
Мать — сибирячка, дочь екатеринбургского полицеймейстера. Кроме Зинаиды в семье были еще три младшие сестры. После смерти отца (умер от туберкулеза в 1881 г.) мать с детьми переезжает в Москву, а затем, в связи с болезнью сестер, сперва в Крым, а в 1885 г. к брату в Тифлис (Тбилиси). Гиппиус получила бессистемное домашнее образование. Обучение в Киевском женском институте (1877—1878) и классической гимназии Фишера в Москве (1882) из-за невозможности разлуки с отцом и болезни Гиппиус довольно быстро прервалось. Стихи будущая поэтесса стала писать с семи лет. Летом 1888 г. в Боржоми (Закавказье) она познакомилась с 23-летним столичным поэтом Д. С. Мережковским.
8 января 1889 г. в Тифлисе Гиппиус была обвенчана с Мережковским. С ним она прожила 52 года. В этом же году Гиппиус переезжает в Петербург. Здесь она знакомится с такими известными писателями, как Я. Полонский, А. Майков, Д. Григорович, А. Плещеев, П. Вейнберг, сближается с молодым поэтом Н. Минским и
редакцией «Северного вестника», критиком и душой которого был А. Волынский. С этим журналом, ориентировавшимся на новое направление «от позитивизма к идеализму», связаны первые литературные опыты писательницы. В это же время она входит в деловые контакты с редакторами многих столичных журналов, слушает публичные лекции, посещает литературные вечера.
В это время у нее совместно с Мережковским начинают оформляться идеи свободы, метафизики любви и неорелигиозных воззрений. К началу века духовно-религиозный максимализм Мережковских, осознание своей провиденциальной роли не только в судьбе России, но и в судьбе человечества на началах любви и свободы достигает социального апогея. Гиппиус в статье «Хлеб жизни» (1901) писала: «Пусть же будет у нас чувство обязанности по отношению к плоти, к жизни, и предчувствие свободы — к духу, к религии. Когда жизнь и религия действительно сойдутся, станут как бы одно — наше чувство долга неизбежно коснется и религии, слившись с предчувствием Свободы; (…) которую обещал нам Сын Человеческий: «Я пришел сделать вас свободными».
В 1899—1901 гг. Гиппиус сближается с кружком С. П. Дягилева, органом которого становится журнал «Мир искусства». В этом журнале Гиппиус публикует свои первые литературно-критические статьи. Свои произведения Гиппиус часто подписывает разными, но непременно мужскими псев-донимами — Антон Крайний, Лев Пущин, Товарищ Герман, Роман Аренский, Антон Кирша, Никита Вечер, В. Витовт.
Осенью 1899 г. у Мережковских возникает идея обновления (как им казалось) во многом себя исчерпавшего христианства; для осуществления задуманного необходимо было создание «новой церкви». Стремление услышать живой «голос церкви» и попытка привлечь представителей официального клира к идее их «нового религиозного сознания» подтолкнули Гиппиус к замыслу организации Религиозно-философских собраний (1901—1903). Гиппиус принадлежит и идея создания своего журнала «Новый путь» (1903—1904), в котором наряду с разнообразными материалами о возрождении жизни, литературы и искусства через «религиозное творчество» печатались и отчеты Собраний. Вынужденное (из-за отсутствия средств) закрытие «Нового пути» и события 1905 г. значительно изменили жизнь Мережковских. Они все больше уходят от живого и реального «дела» в узкий домашний круг строительства «новой церкви».
К 1905 г. относится и создание знаменитого «троебратства»: Д. и 3. Мережковские — Д. В. Философов; совместное существование которого продолжалось 15 лет. Нередко основные идеи и «внезапные догадки», по словам Гиппиус исходящие из триумвирата, инициировались самой поэтессой. В марте 1906 г. триумвират на два с лишним года покидает Россию, обосновавшись в Париже. С осени 1908 г. Мережковские вновь принимают активное участие в возобновленных в Петербурге (с 1907 г.) Религиозно-философских собраниях, преобразованных в Религиозно-философское общество. Однако теперь диалог Собраний проходил не между представителями интеллигенции и церкви, а внутри самой интеллигенции. Вместе с Блоком, Вяч. Ивановым, Розановым и другими они обсуждают там актуальные проблемы своего времени.
1900—1917 гг. были годами наиболее плодотворной литературно-публицистической и практической деятельности Гиппиус во имя воплощения идеи Третьего Завета, грядущей Богочеловеческой теократии, во имя самого «Главного». Соединение христианской и языческой святости для достижения последней вселенской религии являлось заветной мечтой Мережковских. Принцип внешнего разделения с существующей церковью и внутренний союз с нею были положены в основу их «новой церкви».
Свой путь писателя Гиппиус начала как поэт. Два ее первых, еще подражательных, «полудетских» стихотворения были напечатаны в «Северном вестнике» (1888), вокруг которого группировались петербургские символисты «старшего» поколения. Ранние стихи Гиппиус отражали общую ситуацию пессимизма и меланхолии 1880-х гг. Молодое поколение было увлечено поэзией Надсона, и Гиппиус вместе с Минским, Бальмонтом и Мережковским не была здесь исключением. Первый романтическо-подражательный этап творчества Гиппиус 1889—1892 гг. совпал со временем становления раннего русского символизма и стал для Гиппиус периодом поисков собственного литературного лица. В журналах «Северный вестник», «Вестник Европы», «Русская мысль» и других она печатает рассказы, романы («Без талисмана», «Победители», «Мелкие волны») и реже — стихи. Первой заметной публикацией в прозе стал ее небольшой рассказ «Простая жизнь», появившийся в «Вестнике Европы» в 1890 г. с небольшими купюрами и под измененным редактором названием «Злосчастная». Если стихи Гиппиус писала как бы интимно и «для себя» и творила их, по ее словам, словно молитву, то в прозе она сознательно ориентировалась на общий эстетический вкус. В этом проявилась характерная для Гиппиус яркая двойственность ее личности.
После появления программной работы Мережковского «О причине упадка и о новых течениях современной русской литературы» (1892) творчество Гиппиус приобретает отчетливый «символический» характер. Первые сборники рассказов Гиппиус «Новые люди» (1896; 1907) и «Зеркала» (1898) показывали людей символистского типа. Раскованный максимализм «новых людей», ставящих перед собой задачи поиска «новой красоты» и духовного преображения человека, вызвал раздражение и резкое неприятие со стороны либерально-народнической критики.
Влияние Достоевского прослеживается во многих произведениях Гиппиус, в том числе и в романе «Роман-царевич» (1912), по своему сюжету близкому «Бесам».
«Третья книга рассказов» (1902) Гиппиус вызвала наибольший резонанс в критике. Говорили о ее «болезненной странности», «мистическом тумане», «головном мистицизме». Основная идея книги — раскрытие концепции метафизики любви на фоне духовных сумерек людей («Сумерки духа», 1899), еще не способных ее осознать.
Следующая книга рассказов Гиппиус «Алый меч» (1906) освещает метафизику автора уже в свете неохристианской тематики.
Пятый сборник рассказов «Черное по белому» (1908) собрал произведения Гиппиус 1903—1906 гг. В касательной, туманно-импрессионистической манере в нем затрагивались темы подлинного и мнимого достоинства личности («На веревках»), темы любви и пола («Влюбленные», «Вечная «женскость», «Двое-один»), не без влияния Достоевского был написан рассказ «Иван Иванович и черт».
Последний сборник рассказов «Лунные муравьи» (1912) повествует о фундаментальных философских основах бытия и религии («Он — белый», «Земля и Бог», «Они похожи»). Этот сборник, по мнению Гиппиус, вобрал в себя лучшие рассказы из тех, которые она написала.
В 1911 г. Гиппиус публикует роман-трилогию: 1-я часть—»Чертова кукла»; 2-я часть — «Очарование истины» — закончена не была; 3-я часть — «Роман-царевич» (отдельное издание в 1913 г.). Роман, по замыслу писательницы, должен был «обнажить вечные, глубокие корни реакции в общественной жизни», собрать «черты душевной мертвенности в одном человеке». Роман вызвал острые споры и в целом негативную реакцию критики за «клевету» на революцию и за слабое художественное воплощение.
Гиппиус заявила о себе и как драматург — «Святая кровь» (1900; вошла в 3-ю книгу рассказов); «Маков цвет» (1908; совместно с Мережковским и Философовым) — отклик на события революции 1905— 1907 гг. Драма «Зеленое кольцо» (1916), поставленная Вс. Мейерхольдом в Александрийском театре (1915), оказалась самой удачной. Гиппиус посвятила ее молодым, «зеленым» людям «завтра».
Наиболее ценная часть художественного наследия Гиппиус представлена ее пятью стихотворными сборниками: «Собрание стихов 1889—1903 гг.» (1904); «Собрание стихов. Книга вторая. 1903—1909» (1910); «Последние стихи. 1914—1918» (1918); «Стихи. Дневник. 1911—1921» (Берлин, 1922); «Сияния» (Париж, 1938).
Множество стихотворений, рассказов, статей посвящено Гиппиус теме любви: «Критика любви» (1901), «Влюбленность» (1904), «Любовь и мысль» (1925), «О любви» (1925), «Вторая любовь» (1927), «Арифметика любви» (1931). Замечательное стихотворение Гиппиус о любви — «Любовь одна» (1896) было переведено Райнер-Мария Рильке на немецкий язык. Во многом следуя за концепцией любви В. С. Соловьева и отделяя влюбленность от желания, Гиппиус поясняла, что влюбленность «это — единственный знак «оттуда», обещание чего-то, что, сбывшись, нас бы вполне удовлетворило в нашем душе-телесном существе».
Метафизика любви Гиппиус—это поиск гармонии, попытка соединить «две бездны», небо и землю, дух и плоть, временное и вечное в одно единое целое.
24 декабря 1919 г. Мережковские (Гиппиус, Мережковский, Философов и В. Злобин) ночью навсегда покидают Петербург и Россию. После недолгого пребывания в Польше в 1920 г., разочаровавшись как в политике Пилсудского по отношению к большевикам (12 окт. 1920 г. между Польшей и Россией было подписано перемирие), так и в роли Б. В. Савинкова, приехавшего в Варшаву, чтобы обсудить с Мережковскими новую линию в борьбе с большевиками, 20 окт. 1920 г. Мережковские, расставшись с Философовым, навсегда уезжают во Францию. В Париже Гиппиус организует литературно-философское общество «Зеленая Лампа» (1927—1939), собиравшее представителей разных поколений эмигрантов и сыгравшее видную роль в интеллектуальной жизни первой волны эмиграции.
Собрания «Зеленой Лампы» проводились для избранных, на них приглашались только по предварительным спискам. На собраниях часто бывали И. А. Бунин с супругой, Б. К. Зайцев, Л. Шестов, Г. Федотов. В начале парижская квартира Мережковских описывается за неплатеж. В 1940 г. уходит из жизни когда-то близкий друг Философов, в конце 1941 г.— Мережковский, в 1942 г. — сестра Анна. Гиппиус тяжело переживает эти уходы. В последние годы жизни Гиппиус помимо мемуаров изредка пишет стихи и работает над большой поэмой «Последний круг» (опубликована 1972). Умерла в Париже; похоронена на русском кладбище в Сент-Женевьев-де Буа под Парижем.

Русские писатели 20 века. Библиографический словарь. Т2. М.: Просвещение.

Комментариев к записи Гиппиус Зинаида Николаевна 8 (20) ноября 1869 года – 9 сентября 1945 года нет

Биография Корнея Чуковского 04/03/2017

Биография Корнея Чуковского
Биография Корнея Чуковского

Биография Корнея Чуковского

Корней Иванович Чуковский (Николай Васильевич Корнейчуков) (1882 – 1969) – писатель, поэт, переводчик, критик.

Родился Николай 31 марта 1882 года в Санкт-Петербурге. Под псевдонимом Корней Чуковский в своей биографии писатель работал с начала литературной деятельности. Позже добавил ненастоящее отчество Иванович. В 1901 году Чуковский начал заниматься журналистикой, а спустя два года стал лондонским корреспондентом.

Вернулся на родину Чуковский в 1905. Под впечатлением от революционных событий стал публиковать журнал «Сигнал». Но всего четыре выпуска сатирического издания увидели свет – вскоре Чуковского арестовали. Благодаря адвокату Грузенбергу оправдали.

Десять лет, начиная с 1906 года, Чуковский в своей биографии прожил в поселке Куоккала. Там же завел дружбу с Репиным, Маяковским. Корней Чуковский постепенно становится все более известным и влиятельным. Критикует статьи, защищает футуристов.

В 1916 году отправляется в Англию. После революции талант критика все больше расцветает в Чуковском. Но постепенно, если рассматривать краткую биографию Корнея Чуковского, он отходит от этого рода деятельности. С 1917 по 1926 год работал над книгой о Некрасове, также писал о других выдающихся литературных деятелях.

Должное внимание в своей биографии Корней Иванович Чуковский уделял детским произведениям.

Его первая сказка вышла в 1916. За ней последовали «Мойдодыр», «Тараканище». Также Чуковский занимался переводами, пересказал Библию для детей.

Скончался писатель 28 октября 1969 года от гепатита.

Комментариев к записи Биография Корнея Чуковского нет