Рубрика: Авиатор

Герасим Григорьев биография

Герасим Григорьев биография

Герасим Григорьев биография

Герасим Григорьев биография

Герасим Григорьев биография

Биография Герасим Афанасьевич Григорьев

Родился 16 Марта 1921 года в деревне Анцифорово, нынче Холм — Жирковского района Смоленской области, в семье крестьянина. Окончив 7 классов, работал в колхозе. В 1938 году окончил аэроклуб в городе Николаеве. С 1939 года в Красной Армии. Спустя год окончил Одесскую военную авиационную школу лётчиков и получил направление в Белоруссию, в 178-й истребительный авиаполк. Летал на И-16.

С Июня 1941 года на фронтах Великой Отечественной войны. До Августа 1941 года сражался в составе 163-го ИАП, участвовал в боях за Минск. С осени 1941 года защищал небеса Москвы в составе 178-го ИАП. С Октября 1944 года по Май 1945 года летал в составе 28-го ИАП.

К Ноябрю 1942 года заместитель командира эскадрильи 178-го истребительного авиационного полка ( 6-й истребительный авиационный остов, Войска ПВО страны ) Капитан Г. А. Григорьев совершил 300 боевых вылетов, провёл 18 воздушных боёв, сшиб лично 11 самолётов противника и 2 в группе. 14 Февраля 1943 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях, удостоен звания Героя Советского Союза.

Вэтого выполнил 378 боевых вылетов, сшиб 12 вражеских самолётов лично и 5 — в группе с товарищами.

После войны продолжал служить в ВВС. В 1955 году окончил Военно — Воздушную академию. С 1963 года Полковник Г. А. Григорьев — в запасе. Жил в городе Риге. Награждён орденами Ленина ( дважды ), Красной Звезды ( трижды ), медалями. Умер 23 Апреля 1966 года.

* * *

В пойме реки Оки, на полях совхозов «Серпуховский», «Большевик», «Заокский» Серпуховского района Московской области, где в настоящий момент выращивают богатые урожаи овощей, в 1941 году базировались 178-й истребительный авиационный полк Московской зоны ПВО. Вот отчего в деревне Дракино на постамент водружён самолёт ЛаГГ-3.

Зорко охраняли воздушные подступы к Москве лётчики 178-го истребительного авиационного полка. Днём и ночью они вели бои с воздушным противником. Бесстрашием и мужеством отличался заместитель командира эскадрильи Капитан Г. А. Григорьев. Свой боевой дорога он начал на рассвете первого дня войны, сражаясь на Западном фронте. Там Григорьев провёл немного воздушных боёв, в которых сшиб 2 немецких самолёта. Отличный пилот и недурной тактик воздушного боя, он передавал мастерство своим боевым товарищам, учил их биться. Уже к Ноябрю 1942 года на подступах к Москве Г. А. Григорьев уничтожил 9 самолётов противника лично и 2 в паре с боевым товарищем.

Контрнаступление Красной Армии под Москвой, начавшееся в Декабре 1941 года, — первая крупная с начала войны виктория над врагом. Добытая в ожесточённой битве, она означала важнейший разворот военных событий в нашу пользу, оказала первостепенное воздействие на весь ход Второй Мировой войны.

Большой вклад в разгром врага внесла советская авиация. Бывший командующий Западным фронтом Г. К. Жуков в своих воспоминаниях писал, что лётчики действовали самоотверженно и умело. Об одном из них, особенно отличившемся в отрезок времени воздушных боёв за Москву, Герое Советского Союза Г. А. Григорьеве и будет тот самый расклад.

Имя этого человека в 1941 — 1942 годах гремело посреди защитников Москвы. О нём говорили, весьма как собак нерезаных писали, распространяли навык его побед. Был он высок, худощав, подтянут. Лицо красивое, мужественное. Высокий лоб. Светлые волнистые волосы. По характеру обычный, весёлый и обоятельный. На груди Золотая Звезда Героя, два ордена Ленина, орден Красной Звезды. Безукоризненно лежали на плечах Капитанские погоны. А было ему тогда только 22 года. Совсем ещё молод. Но во всём его облике чувствовалась суровая властность, свойственная опытному, закалённому бойцу.

Юность Герасима Григорьева не отличалась чем — то особенным. В 1930 годы, окончив 7-летку в деревушке под Вязьмой, он приехал в Москву, работал штукатуром. Люлька, висящая над пропастью улицы, была его первой высотой. Заводской комсомол в Николаеве — второй и наиглавнейшей. Там же, в Николаеве, Герасим поступил в аэроклуб. Закончив рабочий день, спешил на занятия, изучал лётное занятие, слушал рассказы о мужестве первых советских Героев — авиаторов. Первые полёты определили судьбу юноши. Они же дали осмыслить, что специальность лётчика требует мужества, стойкости, знаний. Окончив аэроклуб, Герасим по путёвке комсомола уехал в Одесскую военную авиационную школу лётчиков.

Война застала его на западной границе. Молодой начальник звена истребителей оказался в числе первых воздушных бойцов, принявших на себя потрясение военной машины фашистской Германии. Началась боевая страда, в которой не было ни минуты покоя, ни часа роздыха. На своих И-16 лётчики полка вели патрулирование воздушного пространства.

25 Июня Герасим взлетел на прикрытие Минска. Город пылал. Чёрные столбы дыма зловеще упирались в небосклон. Немецкие самолёты уже отогнали, и то, что с ними сразились другие, раньше взлетевшие лётчики, а не он, Григорьев, казалось ему нестерпимо обидным. Герасим позавидовал тем, кто раньше его ушёл в небосвод, первым вступил в мордобой с противником.

И нежданно, в пелене дымного чада он заметил бомбардировщик. Это был германский «Хейнкель-111» — истинный, серьезный неприятель с мощным бортовым вооружением. И Григорьев почувствовал ужас, вернее изречь, какое — то мучительное беспокойство, от которого задрожала каждая жилка, любой нерв. Так он вспоминал об этом позже.

Но это было беспокойство юноши, ученика. Ему было тогда только 20 лет, а саммит с противником — первой, но он преодолел это беспокойство, пересилил его и смело ринулся в свой первостепеннный воздушный мордобой. Всё, что он знал, чему учился, обрушилось на врага. Но неприятель оказался опытным и стал покидать, пытаясь сперва пропасть за дымной завесой, после этого понадеясь на силу своих моторов. И по мере того, как Григорьев настигал его на своём И-16, ученическое беспокойство молодого пилота превращалось в упорство зрелого истребителя, злое и неутолимое.

«Хейнкель» бешено отстреливался, но Григорьев, уклоняясь от огненных трасс, маневрируя, сблизился с ним и в первую очередность уничтожил верхнего стрелка. Потом начал ударять по моторам. Бил длительно, но безрезультатно. «Хейнкель» не горел и не падал. Когда боезапас был уже на исходе, из мотора бомбардировщика как черт из табакерки вырвался дым. Густая чёрная полоска потянулась следом за машиной, а Григорьев шёл в стороне и следил за врагом. Спокойный, убежденный и в себе, и в силе своего самолёта. Через пару минут пылающий «Хейнкель», подминая деревья, несладко врезался в лесной массив и взорвался.

Так на 3-й день войны, в лётной книжке Младшего лейтенанта Григорьева появилась запись о первом сбитом вражеском самолёте. Впоследствии боевые друзья Герасима окрестили эту его книжку «смертником». В тот же день он отметил в ней ещё об одном сбитом бомбардировщике — «Дорнье-215».

Взлетев по тревоге и подходя к Минску, Григорьев увидел, что одиночный И-16 ведёт махач с «Дорнье». Глянув на бортовой номер нашей машины, Герасим понял, что это его однополчанин Иван Поляков, и поспешил ему на подмога. Несколько атак, и горящий Do-215 упал на лесную поляну.

В тот же день в паре с другим лётчиком, Григорьев пошёл на штурмовку колонны вражеской мотопехоты. Молодой, порывистый, ещё вдали не бывалый боец, Герасим увлёкся, снизился до бреющего полёта, попал под ответный пламень врага. Осколки снаряда, пробив фюзеляж, впились в ноги. Но лётчик не вышел из боя. Под жестоким огнём он сделал ещё 2 захода. Вернулся домой на последних каплях горючего с перебитым элероном, повреждённой тягой руля высоты. Около 70 пробоин насчитал механик в его машине…

29 Июня, прикрывая град, Григорьев увидел группу вражеских истребителей Ме-109. Их было 4 пары. Возможно, они пришли для расчистки пространства, обеспечения спокойной «работы» своих бомбардировщиков. А может, с целью штурмовки. Немцы были уверены, что одиночный совдеповский истребитель — их лёгкая добыча. Но Григорьев смело вступил в махач и вёл его покуда в запасе было горючее и боеприпасы. После чего, обманув врага хитрым и смелым маневром, удачно вышел из боя.

Правда, следом посадки он насчитал много пробоин в своём самолёте, но это был единственный из редких воздушных боёв, когда итог его встречи с противником не был отмечен в лётной книжке очередной победой. Впрочем, если судить по правилам, то покинуть невридимым, выскочить из огненного кольца врагов, — это больше чем фортуна, это также виктория.

После этого случая без малого каждая саммит с противником заканчивалась очередной победой Григорьева. К Ноябрю 1942 года 18 раз встречался он с врагами в воздухе и 13 раз повергал их на землю. После каждого такого боя появлялась ещё одна пометка в лётной книжке и красная звёздочка на фюзеляже самолёта Григорьева.

* * *

Осенью 1941 года лётчики 178-го ИАП базировались на одном из Подмосковных аэродромов: полк был переведён в систему ПВО столицы, он охранял железнодорожную станцию Серпухов, сам град, мост сквозь Оку. К тому времени лётчики получили новые самолёты ЛаГГ-3. По дальности полёта и мощи бортового оружия ( сначала 5 пулемётов, потом 20-мм пушка и 2 — 3 пулемёта ) «ЛаГГ» превосходил другие наши истребители того периода. Однако связанное с этим повышение веса машины привело к некоторому снижению её лётных данных — скороподъемность и вертикальная маневренность «ЛаГГов» были ниже, чем у «Яков».

ЛаГГ-3 не стал символом битвы за московское небосвод, но вклад в общее занятие полки, воевавшие на «ЛаГГах» вписали немаловажный. На Калининском фронте истребители этого типа занимали более того доминирующее положение. Многие пилоты, летавшие на ЛаГГ-3, вписали полно славных страниц в боевую историю нашей авиации. Одним из них стал и Герасим Афанасьевич Григорьев. Только к Ноябрю 1942 года заместитель командира эскадрильи 178-го истребительного авиационного полка ( 6-й истребительный авиационный остов, Войска ПВО страны ) Капитан Г. А. Григорьев совершил 300 боевых вылетов, провёл 18 воздушных боёв, в которых лично сшиб 11 самолётов противника и 2 в составе группы. Вэтого же, защищая столицу, Герасим Григорьев на своем «ЛаГГе» одержал 15 воздушных побед.

Первый, с кем Григорьев по — настоящему, как лётчик с лётчиком, разговорился, был комиссар эскадрильи Младший лейтенант Иван Швагирёв. Узнав, что Григорьев уже обстрелянный и, позволительно произнести, видавший виды лётчик, комиссар обратился к нему за советом, за помощью.

Швагирёв трижды встречался с противником и всё безрезультатно. Первый раз, увидев германский разведчик, он открыл пламень с весьма немалый дистанции. Враг, увеличив обороты моторов, ушёл в облака. Второй раз, возглавляя пару, Швагирёв вёл мордобой с шестёркой вражеских бомбардировщиков. И сызнова ничего не добился, только израсходовал боеприпасы и горючее. Третья саммит также была неудачной. «Юнкерс» был существенно выше, и Швагирёв его легко не догнал.

— В чём же занятие ? — недоумевал лётчик, — или мне не везёт, или я что — то не так делаю, допускаю ошибки… В следующий раз, если удастся повстречать, более того палить не буду, разом пойду на таран.

— Вот и напрасно, — ответил Герасим, глядя на комиссара. Перед ним стоял дядя отважный, бесповоротный, упорный в достижении цели. И совместно с тем это был ещё юный, неопытный боец, тот, что ждал от него, Григорьева, помощи, науки. — Зря ! На то и оружие на самолёте, чтобы сбивать. Таран — это на последний эпизод…

Они длительно тогда говорили, анализировали бои Швагирёва, разбирали его действия в каждом отдельном случае. Сделали вывод: ни разу не было так, чтобы лётчик настиг врага как снег на голову, нанёс потрясение вдруг и с короткой дистанции.

— Я уже убедился, — говорил Григорьев, — внезапная штурмовая вылазка деморализует врага, повергает его в панику, а точный потрясение в упор завершает победу. Следовательно, увидев противника, не надобно залезать ему на глаза; сближаясь, надобно маскироваться, применять для этого солнышко, облачность, фон земли…

Через немного дней, барражируя в районе Серпухова, Иван Швагирёв обнаружил вражеский разведчик. Маскируясь в лучах солнца, истребитель скоро сблизился с ним, как снег на голову атаковал. Враг бросился вниз, пытаясь спрятаться на фоне земли. Швагирёв вновь настиг его, заново пошёл в атаку. Но у него отказало оружие. И тогда он пошёл на таран, ударил врага винтом своего самолёта.

— Я таранил не безотложно, — сказал он затем Григорьеву, — только с третьей попытки: струёй от винтов всё время отбрасывало. Но стрелок мне уже не мешал, я убил его в первой внезапной атаке. Моя первая виктория, — это и твоя, Герасим, виктория.

* * *

Там, в Подмосковье, и началась слава Григорьева, слава непобедимого аса. 15 Октября он вылетел на перехват немецкого бомбардировщика. Командный пункт начал его наводить. Через какое — то время люди, находившиеся на аэродроме, услышали выстрелы зенитных орудий. В небе появился дым от разрывов снарядов, и там маневрировал «Юнкерс-88». Он шёл прямо на аэровокзал. Потом послышался шум истребителя. Это летел Григорьев. Он устремился к противнику, и зенитки смолкли, уступили ему местоположение боя. После первой же атаки истребителя вражеский бомбардировщик грубо пошёл на понижение и упал поблизости от аэродрома. Это была первая виктория Герасима под Москвой. За ней последовали вторая, третья…

О каждой своей победе Герасим делал пометку в записной книжке. Больше всего записей было сделано в самую трудную пору обороны Москвы. Вот некоторые из них:

«15 Октября 1941 года — «Юнкерс-88»; 24 Октября — «Хейнкель-111»; 25 Октября ещё единственный «Хейнкель»; 12 Ноября — «Юнкерс-88»; 27 Ноября сызнова «Юнкерс»; 28 Ноября — «Хеншель-126»; 6 Декабря — ещё единственный «Хеншель-126»; 24 Декабря — «Юнкерс-88».

Вот как описывала газета авиационного соединения единственный из его обычных поединков. Корреспонденция называлась «В облаках прогудел истребитель, российский лётчик идёт на врага !»

«…Под вечерок посты наблюдения сообщили, что на высоте 6500 метров появился фашистский самолёт. Григорьев вылетел на прикрытие аэродрома. Когда он поднялся больше чем на 4000 метров, с земли по радио передали: «Усилить слежение, недруг в вашем районе».

Внимательно и настороженно осматриваясь, Григорьев заметил над собой белую полоску — след конденсата. Но где же вражеский самолёт ? Лётчик негусто развернулся и над населённым пунктом увидел чёрную точку. Истребитель устремился к врагу. Сомнений не оставалось: в воздухе был бомбардировщик.

Сделав верный расчёт, Григорьев перерезал ему стезя и с дистанции 300 метров предпринял первую атаку. Спасаясь от преследования, «Юнкерс» начал пикировать. Наш истребитель последовал за ним. Так оба самолёта снизились без малого до бреющего полёта. Здесь — то и разыгрался мордобой.

Враг грубо маневрировал, при всем при том совдеповский лётчик, используя превосходство в высоте, вначале заставил замолкнуть гитлеровского стрелка, а потом вывел из строя левый двигатель бомбардировщика. Теперь очередность была за правым мотором, но в это время сызнова заработал вражеский пулемёт, бесспорно, кто — то из членов экипажа заменил стрелка. Истребитель заново обрушил жар на него, и вскоре не стало видно трасс. Ещё заход — и запылал правый двигатель самолёта противника. Машина врезалась в чащу деревьев.

Григорьев прошёл над горящим «Юнкерсом» и направился домой, напевая мелодию своей любимой песни «Раскинулось море просторно…»

Особо выделена в записной книжке Григорьева виктория над Ю-88, одержанная в канун 24-й годовщины Октября. Чтобы преподнести к празднику настолько дорогостоящий боевой дар, умелому истребителю понадобилось всего только 80 патронов.

— Экономно сработал, — оценил начальник эскадрильи действия лучшего воздушного бойца в полку.

И не только в данном случае, а на всякий сбитый самолёт даровитый лётчик затрачивал рекордно малое численность боеприпасов. Начиная поединок, он немедленно же захватывал инициативу, диктовал врагу свою волю. В схватках с бомбардировщиками у него выработались характерные приёмы: скрытный подход, внезапная штурмовая вылазка, разгромление вражеского стрелка, потом уничтожающий пламень по моторам и кабине лётчика…

Действительно, боевые удачи сопутствовали ему всю дорогу, но давались они нелегко. Чтобы сделаться грозой вражеских бомбардировщиков, лётчик пытливо изучал их повадки, знал наиболее уязвимые места вражеских машин, стремился изготовить свой истребитель послушным, а жар — предельно точным.

В общей сложности за время войны Григорьев сшиб 17 вражеских самолётов. Большинство из них были бомбардировщики — ударная мощь немецкой авиации. Каждый вылет Григорьева — это смелость и отвага, решительность и инициативность. Каждая схватка — проявление высокого боевого мастерства. Он бил только с короткой дистанции, его жар был меток и сокрушителен. Расход боеприпасов он довёл до минимума, до одной хорошей очереди. «Чтоб страна не было в убытке», — пошутил один раз Григорьев. А потом каждого боя — основательный разбор действий, поиски нового в тактике. Сударять самому — ещё не всё, надобно обучать и своих подчинённых. И он учился сам, учил других. Учил толково, вдумчиво. Сначала как начальник звена, потом как заместитель командира эскадрильи, начальник эскадрильи. Дмитрий Мухамедзянов, Семён Гайдамака, Николай Дудник — лётчики, с которыми он летал чаще всего. И счёт их побед над противником неуклонно рос.

3 Июля 1942 года лётчики 178-го ИАП Капитан И. В. Тикунов и Лейтенант Г. А. Григорьев перехватили в районе Тарусы вражеский самолёт — разведчик Ju-88 и сшибли его.

22 Августа Старший лейтенант Григорьев в воздушном бою севернее Липицы, в районе Юхнова сшиб вражеский бомбардировщик. Это был 13-й по счёту самолёт противника, уничтоженный им.

5 Февраля 1943 года Капитан Григорьев и Лейтенант Дудник перехватили бомбардировщик противника в районе Калуги. Он был сбит Капитаном Григорьевым северо — западнее Сухиничей.

Американский газетчик, как — то беседуя с Герасимом Афанасьевичем посоветовал ему сшибить ещё 5 вражеских самолётов. И хватит. Лётчик удивился, зачем ? Американец пояснил:

— Вам 22 года. Сударять 22 самолёта — совершенно довольно. На этом необходимо застопориться. У нас есть такая примета.

— А мы, советские лётчики, действуем по своим приметам: бъём врага не по возрасту, а по надобности, — ответил Григорьев.

Общим итогом боевой деятельности Г. А. Григорьева стали 17 воздушных побед ( 12 лично и 5 в группе с товарищами ), одержанные в 378 боевых вылетах и рядом 20 воздушных боях.

В Феврале 1943 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях с врагами, Герасим Афанасьевич был удостоен звания Героя Советского Союза. Начальник Политического управления Московского округа ПВО послал Григорьеву приветственное письмо:

«Горячо поздравляю Вас с присвоением звания Героя Советского Союза и награждением орденом Ленина. Надеюсь, что и в будущих воздушных боях на подступах к близкий столице — Москве вы будете так же беспощадно истреблять врагов».

Григорьев — истребитель по натуре. Он смело шёл навстречу врагам, сколь бы их ни было, бесстрашно поднимался в распоротое кинжалами прожекторов ночное небосвод, таившее тысячи опасностей. Лётчик рвался в мордобой, готовый воротить за фортуна народа свою существование, но ни при каких обстоятельствах не терял самообладания, не терпел бесшабашности, ухарства, был чужд жертвенности. Таким вспоминается товарищам по полку Герасим — статный белокурый юноша с вьющимися волосами.

С весны 1943 года авиаторы Московской зоны ПВО без малого не вели воздушных боёв: лётчики проводили учебные полёты, стрельбы по воздушным и наземным целям. Только в отрезок времени с Июня 1942 по Июнь 1943 года было проведено 1570 стрельб по конусу и 641 — по наземным мишеням. Лучшие результаты показывали лётчики — ветераны. Блестящую пунктуальность стрельбы по конусу и щитам продемонстрировал Герой Советского Союза Капитан Г. А. Григорьев. С каким — то непостижимым искусством пилотировал он самолёт и выбирал самый-самый выгодный миг для открытия огня. Это было характерно и для его воздушных боёв с реальным противником.

Нужно проговорить, что Григорьев обладал и незаурядными инструкторскими способностями. Лётчики его эскадрильи ещё продемонстрировали отличную лётную и воздушно — стрелковую подготовку. 12 Марта 1943 года в газете «Сталинский сокол» Харьковского района ПВО была опубликована статья Г. А. Григорьева, в которой рассказывалось об опыте подготовки лётчиков — снайперов в частях 6-го истребительного авиационного корпуса ПВО.

Войну он закончил в составе 28-го истребительного авиаполка, летая на американской «Аэрокобре». Однако, с осени 1943 года лётчики ПВО Москвы в боевых схватках уже без малого не участвовали — неприятель был отброшен излишне в отдалении от столицы…

* * *

…1947 год. Сборы авиационных командиров на одном из Подмосковных аэродромов. Все участливо слушают рапорт Майора Г. А. Григорьева о тактике истребителей. Всё есть в этом докладе: глубина анализа, смелость суждения, чёткость и убедительность доказательств. Как и всю дорогу, затем доклада были вопросы. Григорьев ответил на них со знанием дела.

После теоретической части сборов — полёты. Свободный воздушный мордобой. Один на единственный. Истребители сошлись на встречных курсах. Резкий стремительный маневр Григорьева с переходом на вертикаль. Секунды, и он уже пикирует, штурмует. Открывает «огонь» с предельно короткой дистанции: так же он действовал и в годы Великой Отечественной войны, так добивался победы. После боя посмотрели плёнку фотокинопулемёта: самолёт «противника» сражён первой очередью. Но сам Григорьев оказался недоволен: сильно длинная была очередность. «Стволы бы расплавились, если б стрелял из пушек…»

* * *

…1951 год. Краснознамённая Военно — Воздушная академия. Читальный зал библиотеки. Подполковник Григорьев склонился над книгой. Читает. Делает пометки в тетради. Думает, вновь пишет. Потом смотрит на часы. Встает, щёлкает портсигаром. Улыбается, говоря: «Перекур». Быстро, неслышными шагами идёт к двери. Высокий, прямой, подтянутый.

После учёбы в Академии, он заново летал, сейчас уже на новых машинах, учил молодёжь, передавал им боевой и житейский навык. Сначала командовал полком, позже соединением истребителей. Однажды пожаловался: самочувствие стало не то, сердце пошаливает. Понятно, махаловка не прошла бесследно. Ему предложили работу на земле, в штабе. Но он отказался: крайне тянуло в небосвод. И тогда Григорьев усиленно занялся спортом, физзарядкой. Установил себе курсантский порядок. Но самочувствие всё же стало здавать.

В 1963 году Григорьев ушёл в припас и поселился в Риге. В торжественные дни, когда он надевал парадный мундир, посреди многочисленных наград красовалась и медаль с изображением Кремля — медаль «За оборону Москвы». О многом напоминала она всем, кто знал авиатора — героя.

23 Апреля 1966 года, скошенный тяжёлой болезнью, Полковник запаса Г. А. Григорьев безвременно ушёл из жизни, но его мужественный образ не тускнеет в сердцах благодарных ему людей.

Леонид Гальченко биография

Леонид Гальченко биография

Леонид Гальченко биография

Леонид Гальченко биография

Леонид Гальченко биография

Биография Леонид Акимович Гальченко

Родился 2 Апреля 1912 года в городе Петровск — Порт ( в настоящее время Махачкала, Республика Дагестан ), в семье рабочего. До войны жил в Москве. В 1933 году учился в индустриально — строительном техникуме, потом был направлен в Сталинградскую военную школу лётчиков, которую окончил в 1935 году.

Участник Советско — Финляндской войны 1939 — 1940 годов. Выполнил больше 50 боевых вылетов, 23 из них — на штурмовку войск противника.

С началом Великой Отечественной войны на фронте. К концу Сентября 1941 года начальник эскадрильи 145-го истребительного авиационного полка ( 1-я смешанная авиационная дивизия, 14-я Армия, Карельский фронт ) Капитан Л. А. Гальченко совершил 77 боевых вылетов, в воздушных боях сшиб 7 самолётов противника. 6 Июня 1942 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях с врагами, удостоен звания Героя Советского Союза.

Вэтого совершил 410 боевых вылетов. В 90 воздушных боях сшиб 24 самолёта лично и 12 в группе с товарищами. Войну закончил заместителем командира авиационной дивизии.

После войны продолжал служить в ВВС, окончил Военную академию Генерального штаба, командовал авиационной дивизией. С 1954 года Полковник Л. А. Гальченко — в запасе. Жил в Махачкале. Его именем названа учебное заведение — интернат в городе Кандалакша Мурманской области. Награждён орденами Ленина, Красного Знамени ( четырежды ), Отечественной войны 1-й степени ( дважды ), Красной Звезды, 12-ю медалями. Умер 26 Сентября 1986 года.

* * *

Сейчас от Москвы до Тулы поезд идёт рядом 3 часов, до войны же на это пространство приходилось затрачивать в два раза больше времени. Но всё одинаково Леонид Гальченко любил эти поездки. Бежит паровоз средь полей и лесов, то бескрайняя степная ширь, то зелёные ели и березы обступают мчащиеся по рельсам вагоны. Редко промелькнёт деревушка, и еще раз поля и леса.

Чем ближе к Москве, тем деревни встречаются чаще. Потом города Серпухов, Подольск. От Подольска за окном индустриальный пейзаж. А стоит промчаться Москворечье, безотлагательно как на ладони возникает Москва. И ясно и торжествующе на душе от каждого нового приезда в столицу.

Так уж сложилась судьбина у Леонида Акимовича Гальченко: родился в Махачкале, а существовать приходилось то в Краснодаре, то в Туле, а следом и в Москве. Войну же встретил за Полярным куда ни глянь. Но до этого было немало других событий.

«Гальченко Леонид Акимович, Майор, начальник эскадрильи 19-го Гвардейскою истребительного авиационного полка 1-й авиадивизии. Под командованием Гальченко эскадрилья провела 86 воздушных боёв и уничтожила 26 самолётов противника. Гальченко сшиб в воздушных боях лично 9 и в группе 12 вражеских самолётов. Родился в 1912 году в Махачкале. До войны жил на станции Шонгуй, Мурманской области. Звание Героя Советского Союза присвоено 6 Июня 1942 года».

Скупые строки времён войны, взятые из наградного листа… А между тем за ними целая крылатая бытие, полная тревог, воздушных сражений и радости побед. Как она началась ? Думаю об этом, и мне видится парнишка, озорной и проворный, спешащий к морю и завидующий чайкам, которые поднимаются приподнято в небосклон и первыми видят восходящее солнышко. Вот он бредёт по песчаному берегу Каспийского моря, подальше от шумного Махачкалинского порта. Солёный ветер треплет непокорные чёрные волосы. Мать его недавно умерла, папа — плотник, всегда занят на работе, и Лёня всё своё свободное время проводил у моря. Крепкий загорелый паренек с наслаждением вдыхает пахнущий морской травой воздух, вглядывается в белые гребешки набегающих на берег волн. С волнами он всю дорогу готов поспорить. Силы ему не занимать. Он заплывает подальше, ложится на спину и смотрит в небосвод. Чайки, взмывая над волнами, резво бросаются вниз, хватают зазевавшуюся рыбёшку и вновь взмывают вверх. Какие же необходимо располагать крепкие и гибкие крылья, чтобы так летать ! Леня взмахивает обеими руками. Нет, плыть, как рыбка, он может, а летать, как чайка, — не получается.

В детстве Лёня Гальченко ни чем особенным не отличался от своих сверстников. Учась в школе имени В. И. Ленина, Леонид шибко славно рисовал, выпускал стенгазету. Он был изобретателен, мастерил воздушные змеи, строил модели планеров и самолётов. С 1933 года учился в индустриально — строительном техникуме, но греза о небе не оставляла его.

Однажды он увидел летящий над морем самолёт. Как всю дорогу, он заплыл подальше от берега, лёг на спину и стал взирать в небосклон. И нежданно-негаданно услышал нарастающий шум. Самолёт появился со стороны берега безупречно нежданно, пролетел над самыми волнами и, развернувшись, пошёл назад. Когда самолёт накренился набок, Лёня увидел лётчика, тот, что помахал ему рукой. Паренёк, зарываясь в волны, поплыл к берегу. Теперь уже ничто не могло удержать его. Летать, только летать, подняться в небеса выше всех, чтобы первым увидать солнышко. Леонид настойчиво готовился к поступлению в лётное училище, хотел быть истребителем. И вскоре стал им, окончив Сталинградскую военную авиационную школу лётчиков.

После окончания училища, Гальченко направили в авиачасть под Ленинград, на вооружении которой были истребители И-5. Коллектив там был дружный, спаянный, увлечённый своим делом. Видимо, не ненароком из их полка многих лётчиков позднее отобрали для боевых действий на Карельском перешейке.

Боевое крещение в войне с белофиннами было нелёгким. Там рождались будущие асы, которые в годы Великой Отечественной проявили себя в полном блеске, стали Героями Советского Союза.

Леонида Гальченко Финская махаловка застала уже на Севере, в должности флаг — штурмана 5-го смешанного авиационного полка.

4 Декабря 1939 года звено истребителей Старшего лейтенанта Гальченко получило боевую задачу штурмовать колонны войск противника, движущихся на Мурманск. Сразу следом взлёта самолёты попали в густую облачность. Но советские лётчики, чуть различая приятель друга, продолжали полёт к цели. Пробив по расчёту времени облака, они увидели под собой шоссейную дорогу.

Первым врага обнаружил Младший лейтенант А. В. Чирков. Выйдя вперёд, он эволюциями указал командиру группы вектор движения на неприятельскую колонну. Гальченко повёл звено в атаку. Обработав первую колонну, они обнаружили на подходе новую. Снова наши истребители упали в пике. Атака следовала за атакой… Как позже стало известно, этой штурмовкой финскому полку были нанесены значительные потери… За храбрость и находчивость, проявленные в боях с белофинами, Леонид Гальченко был награждён первым орденом Красного Знамени. После окончания «Зимней войны» его назначили командиром эскадрильи 147-го истребительского авиационного полка.

С началом Великой Отечественной войны ещё раз на фронте. В составе 145-го полка сражался на самолёте И-16. Для лётчиков Заполярья битва началась по сути дела 17 Июня 1941 года, когда ломание правил воздушного пространства СССР Германскими ВВС стало постоянным. В конце Июня ситуация была уже весьма напряжённой — вражеская авиация рвалась к Мурманску. Леонид одним духом открыл счёт своих побед и вскоре стал одним из лучших лётчиков полка.

Лучший воздушный разведчик ВВС 14-й армии Капитан

Ещё перед войной Гальченко несть числа полетал в небе Заполярья. Знал там каждую сопку, каждое озерцо. Помогло ли ему это в боях ? Конечно. Он действовал увереннее, смелее и с охотой летал на разведку. Может показаться, что ему везло.

Молодые лётчики смотрели на него с восхищением: орденоносцев в полку в то время как единицы. Крупные черты лица, густые тёмные брови, ясные просторно открытые внимательные глаза. Его внешнему облику соответствует и характер: постоянно собранный, бесповоротный.

В начале войны 145-й ИАП в составе 1-й смешанной авиадивизии снабжал с воздуха 14-ю общевойсковую армию, действовавшую на Мурманском и Кандалакшском направлениях. Немецкое руководство поставило своим войскам задачу прорвать советскую оборону и 4 Июля 1941 года завладеть Мурманск. Противник планировал ещё завладеть Кандалакшу, перерезать Кировскую железную дорогу и тем самым лишить 14-ю армию и Северный флот сообщений с центром страны.

Как известно, немецким войскам так и не удалось осуществить тот самый проект. Немалая заслуга в этом и наших лётчиков, которые день и темное время суток бесстрашно сражались с врагом, громили его на земле и в воздухе. Особенно запомнились Гальченко подвиги, совершённые в те дни Лейтенантами И. Т. Мисяковым и А. 3. Небольсиным.

27 Июня 1941 года враг попытался причинить массированный бомбовый потрясение по городу. Для отражения налёта по тревоге были подняты истребители 145-го авиаполка. Завязался ожесточённый воздушный махач, в котором начальник звена Иван Мисяков совершил единственный из первых в Заполярье воздушных таранов. Когда его пулемёты, израсходовав боезапас, умолкли, лётчик настиг вражеский бомбардировщик, сделал «горку» и ударил его сверху. Вражеский самолёт рассыпался в воздухе… За тот самый геройский поступок отважного советского лётчика наградили Орденом Ленина.

На фото с правой стороны внизу показаны одни из участников того памятного боя, лётчики 145-го авиационного полка, слева направо: А. П. Олисов, Л. А. Гальченко, В. П. Миронов.

Примерно тогда же совершил геройский поступок и Небольсин. Во время выполнения боевого задания в районе Западной Лицы его самолёт был подбит вражеской зениткой и загорелся. Спасти машину было уже нереально. И тогда Небольсин направил её в середина вражеской автоколонны…

Два геройского поступка, обессмертивших имена героев, звали лётчиков к новым атакам на врага. Об этом говорили на митингах, прошедших в полках дивизии. О новых свершениях во славу Родины думал всякий защитник северного неба, скрупулезно готовился к боям.

Однако, победы над врагом доставались нашим пилотам дорогой ценой: потери в лётном составе росли. Сражаться с ладно вооружённым противником на стареньких «Ишачках» было неимоверно сложно. К великой радости лётчиков, по распоряжению командующего ВВС Северного флота, 20 Июля 1941 года в полк прибыли первые истребители ЛаГГ-3. Несколько перетяжелённыи, вялые в маневре, они отличались от И-16 лучшим вооружением и больше высокой скоростью.

Почти каждому вылету Леонида Гальченко сопутствовал счастливый момент. В этом несложно удостовериться, просмотрев сводку боевых действий. Вот краткие выписки из неё:

«13 Сентября 1941 года. Звено истребителей во главе с Л. Гальченко перехватило группу фашистских бомбардировщиков. Три советских лётчика — Капитан Л. Гальченко, Старший лейтенант Б. Кузьмин и Лейтенант В. Миронов — сшибли по одному «Юнкерсу-87″.

14 Сентября эскадрилья во главе с Гальченко произвела бомбежку и расстреляла на бреющем полёте войска и огневые точки противника у озера Кеккесяур. Советские лётчики сделали 5 заходов над целью и уничтожили страсть сколько активный силы и склады противника.

15 Сентября пятёрка истребителей под командованием Гольченко вступила в махач с 30 бомбардировщиками противника. 4 вражеские машины были сбиты».

Однажды звено истребителей, ведомых Гальченко, встретилось с немецкими бомбардировщиками. Большая группа вражеских машин стремительно приближалась к нашему переднему краю. Надо было сдернуть налёт, не предположить бомбёжки наземных войск. И 3 советских истребителя устремились в атаку. С первого же захода они сшибли 3 вражеских самолёта. Остальные, не выдержав стремительного натиска наших лётчиков, повернули назад.

А посредством день 5 истребителей, ведомая Гальченко, встретила 13 вражеских самолётов. И несмотря на то что численное превосходство было на стороне врагов, советские лётчики уничтожили 4 их бомбардировщика, не потеряв ни одного своего самолёта. Это уже был немалый счастливый момент.

О Гальченко нередко писали войсковая и фронтовая газеты. В одной из статей, опубликованной в газете «Часовой севера», в деталях рассказывалось, как он уничтожил вражеский самолёт и спас от неминуемой гибели молодого лётчика Младшего лейтенанта Тумакова.

Вскоре на северном фланге Советско — Германского фронта развернулись тяжёлые сражения за Мурманск. Не сумев прорваться к городу наземным путем, неприятель решил усилить удары с воздуха. Прежде всего немецкое руководство поспешило вывести из строя Мурманский порт. В результате на подступах к порту завязались крупные воздушные бои, продолжавшиеся немного дней. Затем, учитывая преобладание в городе деревянных строений, немцы, решили засыпать его зажигательными бомбами. Чтобы не предположить врага к цели, лётчики, руководимые Гальченко, зачастую делали по 6 — 7 боевых вылетов за день.

Однажды, барражируя над Мурманском, Гальченко заметил 4 самолёта противника, приближавшегося к городу. Он, не раздумывая, единственный бросился навстречу и атаковал вражескую четвёрку. Атака нашего аса была до такой степени дерзкой и стремительной, что немецкие лётчики растерялись и сочли за лучшее оставить «поле» боя.

— Оправдан ли эдакий риск ? — спросили следом боя у Гальченко.

— Любой на моём месте поступил бы так же, — ответил начальник эскадрильи. — В воздухе, помимо меня, никого не было. Нужно было принять неравный махач, чтобы не вручить возможности врагу осуществить свой проект — свалить смертоносный груз на град.

В середине Сентября немцы двумя полками форсировали реку Западная Лица и, обойдя фланг 14-й стрелковой дивизии, перерезали дорогу Мурманск — Большая Западная Лица. И сызнова эскадрилья Гальченко демонстрирует мужество и лётное мастерство. Лётчики делали по 5 — 6 вылетов в день, нанося врагу крупный урон. При поддержке авиации наземные войска отбросили противника на западный берег реки Западная Лица.

Леонид Гальченко ладно помнил начало войны, первые свои боевые вылеты на Мурманском направлении… По аэродрому объявили боевую тревогу. Эскадрилья Гальченко поднялась в воздух одной из первых. Бомбардировщики противника в сопровождении десятка истребителей приближались к аэродрому. Нет, Гальченко не испугался этой армады. Он думал только об одном: не предположить врага к аэродрому, рассеять и сшибить его. Выбрав себе мишень, он смело ринулся в атаку. Но неприятель отвернул, нырнул за сопку и стал покидать. Догнать его Гальченко не смог, так как наши «Ишачки» уступали в скорости немецким самолётам. И хотя сообща с товарищами ему удалось рассеять вражеский строй, не предположить бомбежки аэродрома, он не смог сшибить ни одного самолёта противника. Было до слёз досадно.

Гальченко мобилизовал весь свой навык, скрупулезно анализировал всякий вылет. Не только свой, но и товарищей по полку. И вот опять воздушный мордобой. Атакуя вражеский бомбардировщик, Гальченко заметил, что в хвостище его истребителю заходит «Мессер».

— Витя, прикрой ! — крикнул он Миронову.

Виктор Миронов кинул свой авиалайнер на «Мессер» и отогнал его. А Гальченко уже перехватил «Юнкерс», заставил его маневрировать, не давая покинуть. Он видел намалеванного на бoрту самолёта противника тигра. Сделав боевой разворот, Гильчеико налетел на врага сверху и метко прошил его струёй пуль. Выходя из атаки, увидел, как «Юнкерс» задымил и пошёл вниз.

Это была первая виктория, достигнутая благодаря поддержке и выручке Лейтенанта Миронова. С этого момента Гальченко стал в особенности дорожить своего ведомого, чаще вылетать в паре с ним. Вскоре на всём Карельском фронте заговорили о «дуэте» Гальченко и Миронова. Они немало летали, выполняли самые ответственные задания. Счёт сбитых ими самолётов врага рос. Гальченко говорил, что нет у него ведомого лучше и надёжнее Виктора Миронова.

В одном из боёв, Леонид увидел на борту вражеского самолёта намалёванную голову тигра. «Дело имею с Асом», — подумал он. Бой оказался тяжёлым, но Гальченко сшиб врага. Вернувшись на аэропорт, Гальченко долговременно ходил у самолёта, подобно тому как осматривая полученные им пробоины. Потом подозвал техника эскадрильи, попросил пойти к политруку за красками и кистью. Когда политрук, заинтересовавшийся, ради чего лётчику понадобились рисовальные принадлежности, подошёл к самолёту, он увидел, как Гальченко с техником малевали на хвосте самолёта какой — то замысловатый рисунок. Присмотревшись, он различил черты какого — то зверя, смахивающего на кошку, а внизу — маленькую мышку.

— Что это ? — спросил политрук.

— Как — что ? — удивился Гальченко. — Разве не видно ? Кошка.

— А на что ?

— Для устрашения. Они вон всяких рысей да тигров малюют, запугать нас хотят. А у меня будет киска.

Так и стал летать Гальченко с кошкой на хвостовой части своего «ЛаГГа» ( сперва она была белого цвета, но вскоре была перекрашена в чёрный ).

Чёрная ли киска тому причина, или всё — таки высокое мастерство, что надёжнее и правдоподобнее, только враги стали дрейфить Гальченко. Завидев самолёт с чёрной кошкой на хвосте, они старались уклониться от боя и поворачивали вспять. Гальченко использовал это замешательство врага и твердо бил его. Бывали более того случаи, когда при появлении самолёта Гальченко немцы оповещали своих лётчиков:

— Внимание, участливость ! В воздухе «чёрная кошка».

Это означало: будьте осторожны, вас могут сшибить.

У лётчиков эскадрильи стало правилом — не дарить спуску врагу. Бить его неизменно, при всех обстоятельствах.

— Наша проблема — сшибить спесь с врагов, — зачастую говорил Гальченко товарищам по эскадрилье.

Однажды группа наших истребителей под командованием Капитана Балашова вылетела на поручение. На подходе к цели они встретили 15 немецких бомбардировщиков, следовавших под прикрытием такого же количества истребителей. Враг был уверен в своей силе, надеялся, что никто не помешает ему изготовить бомбежку. Но советские лётчики, несмотря на превосходство противника, смело бросились в атаку. В завязавшемся бою они сшибли 5 «Юнкерсов» и 2 «Мессера». Но и сами потеряли 3 лётчиков.

Для полка это была тяжёлая утрата. Когда лётчики эскадрильи, которой командовал Капитан Гальченко, узнали об этой потере, их уже запрещено было удержать на аэродроме.

— Мы отомстим врагу, — заявили они и поднялись в небосклон.

Им удалось скрытно подступить к аэродрому противника, тот, что принимал самолёты, возвращавшиеся с задания. Этим воспользовались наши пилоты. Буквально на «хвосте» противника они появились над аэродромом и сшибли 2 самолёта, заходивших на посадку. Такой дерзости неприятель не ожидал. Он более того не успел оказать сопротивление. А наши лётчики, отойдя от аэродрома на малой высоте, опять вернулись и обстреляли из пулемётов заправлявшиеся самолёты. Пули попали в бензозаправщик. Он взорвался, уничтожив при этом 4 стоящих поблизости самолёта.

Слава о Капитане Гальченко и его эскадрилье гремела по всему фронту. Мурманская областная газета «Полярная правда» выпустила в 1942 году сборник «Суровая лирика». Стихотворение «Истребитель» посвящено Леониду Гальченко. Есть такие строки:

«Зуб — за зуб. И око — за око. Каждый противник будет встречен и сбит !»

Так решил свой северный сокол — лётчик Гальченко Леонид».

В другом сборнике тех же лет, выпущенном политическим управлением Карельского фронта, была опубликована «Песня о Леониде Гальченко». Часто писала о нём и военная газета «Часовой Севера». Однажды в типографию принесли из политотдела армии немного листовок о лучших воинах армии, сказали, что нужно поскорее их отпечатать, чтобы разослать в войска. Была посреди них и листовка о Капитане Гальченко — отважном воздушном бойце. И хотя наборщики устали, так как весь день набирали журналистский материал, все же они согласились потрудиться и ночью, чтобы к утру все отпечатать.

— О, Гальченко ! — сказал единственный наборщик. — Кто ж его не знает !

Эта листовка о командире эскадрильи Леониде Гальченко говорила о многом. Вот он на фото: мужественное, волевое физиономия воздушного бойца. Таким был он в дни жарких боёв на Карельском фронте. Упрямо сжатые губы, зоркий, устремлённый вперёд точка зрения. Чувствуется, что, когда войсковой фотокорреспондент снимал пилота, окончательный был немного утомлен. Может быть, он только вернулся на свой аэропорт, а в воздухе пришлось новости тяжёлый махач с вражескими самолетами. И хотя свойский лётчик вышел победителем, ему, конечно, также пришлось много испытать и переволноваться. Возможно, это был тот что ни на есть махач, о котором рассказывается в листовке.

Как — то раз он с ведомым под сильным зенитным огнём сфотографировал вражеский аэропорт. Наперехват советским самолётам поднялись немецкие истребители. В районе озера Титовское 6 Ме-109 атаковала пару И-16. Бой был неравный. Врагам удалось сшибить самолёт ведомого. Затем они все навалились на самолёт Гальченко. Капитан стал со снижением отправляться на свою территорию. А за ним неотступно гнались враги. Солнце светило в глаза лётчику, мешало править самолётом и новости слежение. Гальченко решил употребить этим. И тут он увидел, что прямо по курсу резво вырастает отвесная скала. К ней и повёл строй врагов. До встречи с сопкой остались считанные секунды, когда Гальченко круто взмыл вверх. Ближайший «Мессер», не ожидавший такого маневра, не успев отвернуть врезался в скалу. Остальные 6 машин не стали проверять свою судьбу и ушли восвояси. Убедившись, что враги отстали, Гальченко повёл свой самолёт на аэропорт и доставил командованию ценные разведданные.

И ещё образец мужества. Молодой лётчик Младший лейтенант Тумаков, увлекшись погоней за «Мессером», не заметил, что 2 других вражеских самолёта заходят ему в хвостище. Тумакову грозила смертельная угроза. Но тут появилась агрегатина Капитана Гальченко. Смелый и видавший виды лётчик стремительно оцепил обстановку и решил не только выручить товарища, но и сокрушить врага. Он направил свою машину наперерез «Мессеру» и, развернувшись, атаковал вражеский авиалайнер, тот, что тут же загорелся. Затем Гальченко дал очередность по второму «Мессеру».

— Жаль, что на тот самый раз не удалось подбить и второго гада, — говорил он затем.

В тот же день Гальченко штурмовал колонну моторизованной вражеской пехоты и 3 раза атаковал вражеские войска на переднем крае.

В номере за 17 Августа 1941 года «Часового Севера» была заметка о Гальченко. Называется она «Воздушная атака». В ней сообщается о бое, тот, что вели советские лётчики с немецкими разведчиками «Хейнкель-111». Капитан Гальченко заметил одного разведчика и погнался за ним. Но вражеский самолёт скрылся в облаках. Зная по опыту, что немецкие лётчики имеют обыкновение ворочаться, свойский пилот начал барражировать, ища встречи с противником. Когда вражеский самолёт вынырнул из облака, Гальченко атаковал его. Дважды бил он по «Хейнкелю» из пулемётов. Развертываясь для новой атаки, пилот решил: «Если с третьего захода не подожгу фашиста, буду рубить ему хвост». Но третья штурмовая вылазка оказалась успешной. Вражеский самолёт задымил, стал пикировать и, оставив в небе чёрный след, врезался в землю. Гальченко почувствовал в кабине дух горящего масла. Пули врага повредили движок самолёта. Несмотря на полученные повреждения, лётчик удачно вернулся на свой аэропорт.

Внимание к молодым лётчикам, постоянное стремление передать им свой навык, поделиться мыслями и выводами, как и смелость и отвага в бою, составляли отличительную черту командира эскадрильи Леонида Гальченко. Не невзначай молодые лётчики его эскадрильи — Виктор Миронов, Сергей Соколенко, Николай Шелухин, Борис Кузьмин за немного месяцев войны стали закалёнными и стойкими бойцами. Для Леонида Гальченко характерно постоянное общение с молодёжью.

Вот Гальченко вернулся из очередного боевого вылета. Он ещё возбуждён, ещё не прошло беспокойство боя. Вокруг него уже собрались лётчики эскадрильи. И начинается разбор прошедшего боя, его поучительных сторон, его промахов. И любой раз неизменный вывод о необходимости осваивать тактические приёмы противника, ведать его способы ведения боя, разгадывать его ухищрения. А перед очередным вылетом снова детальный разговорчик о том, как известия махач, какие могут быть варианты. Гальченко щедро делился с лётчиками своей эскадрильи накопленным опытом, знаниями тактики противника. И сам он мог внимать, мог обучаться у других. Ведь навык приобретает всякий воздушный воин. И всякий навык ценен. Не этим ли стремлением как позволительно шире поведать о том, что он знает, что приобрёл в боях, каждый день подвергаясь смертельной опасности, было продиктовано и его возделение обозначиться в армейской печати ?

В статье «О тактике противника в воздушных боях», написанной совместно с Капитаном Тряпичкиным и опубликованной в газете «Часовой Севера» 2 Сентября 1941 года, авторы подчёркивают надобность верно оценивать обстановку боя, располагать информацией ухищрения противника, разгадывать его замыслы. Эту статью с большим интересом читали все лётчики. Oт неё веяло уверенностью в победе, хладнокровием и мужеством.

После каждого воздушного боя Гальченко разбирал действия лётчиков, анализировал тактические приёмы противника. Если позволяло время и ситуация, наиболее важные задания проигрывались перед полётом. Каждый член экипажа заблаговременно верно знал своё местоположение в боевом порядке и последовательность действий на пути к цели и в воздушном бою.

В Сентябре усилие воздушных схваток достигло своего наивысшего пика. Вот только краткая хроника тех боёв с участием Леонида Гальченко: 13 Сентября звено И-16 перехватило группу вражеских бомбардировщиков. Капитан Л. Гальченко, Старший лейтенант Б. Кузьмин и Лейтенант В. Миронов сшибли по Ju-87. Через пару дней, 15 Сентября, пятёрка истребителей 145-го ИАП под командованием Капитана Гальченко вступила в махач с 30 вражескими бомбардировщиками. В результате было сбито 4 неприятельские машины и отражён налет на порт. Наша группа вернулась без потерь.

24 Сентября Гальченко и Миронов вылетели в район Луостари на свободную охоту. Они продолжительно искали подходящую мишень, в то время как не заприметили вражеский аэровокзал. Решение созрело сразу: штурмовать. Лишь только наши самолёты стали надвигаться к аэродрому, как заработали вражеские зенитки.

— Бери зенитки на себя, — скомандовал Гальченко Миронову. — А я ударю по аэродрому.

Миронов тут же спикировал на батарею зенитной артиллерии, ударил по ней из всех огневых точек. А в это время Гальченко пронёсся над стоянкой вражеских самолётов и зажёг немного Ме-109.

Уже к концу Сентября 1941 года начальник эскадрильи 145-го истребительного авиаполка Капитан Л. А. Гальченко совершил 77 боевых вылетов, в воздушных боях уничтожил лично 7 вражеских самолётов. Лётчики его эскадрильи совершили 860 самолёто — вылетов. За это время ими было проведено 76 воздушных боёв и сбито 16 самолётов противника.

Леонид Акимович крайне не любил повествовать о своих личных победах, зато длительно мог сообщать о боевых товарищах, и в особенности о своём ведомом — Викторе Петровиче Миронове, тот, что к Сентябрю 1941 года совершил 127 боевых вылетов и в 25 воздушных боях уничтожил лично 5 вражеских самолётов.

В боях на Мурманском и Кандалакшском направлениях Миронов страсть сколько раз отражал налёты воздушного противника, совместно с другими лётчиками наносил штурмовые удары по вражеским войскам, доставлял ценные сведения о противнике из разведывательных полётов.

В Ноябре 1941 года командиру эскадрильи Леониду Гальченко было присвоено звание Майора. В полку эту весть восприняли с радостью, как признание больших заслуг ветерана. 29 Января 1942 года газета «Часовой Севера» опубликовала извещение о награждении Майора Гальченко Леонида Акимовича орденом Красного Знамени. А 6 Июня 1942 года — Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении звания Героя Советского Союза. Одновременно это звание было присвоено и ведомому Гальченко — Старшему лейтенанту Миронову Виктору Петровичу.

В Апреле 1942 года 145-й истребительный авиационный полк преобразовали в 19-й Гвардейский. Несомненная заслуга в этом принадлежала таким лётчикам, как Гальченко и П. С. Кутахов, которые вскоре были выдвинуты на место командира полка.

609-й истребительный авиационный полк 259-й истребительной авиадивизии, которым Гальченко командовал с осени 1942 года ( немногим больше года ), произвёл 2038 боевых вылетов, в 95 воздушных боях лётчики сшибли 60 самолётов противника и 55 уничтожили на земле при штурмовках аэродромов.

Гальченко, хотя уже и командовал полком, не жалея себя летал наравне с молодыми пилотами. И еще раз полёты, полёты. Бои, перегрузки… Однажды, после этого напряжённого боя, не смог вылезти из кабины — отказали ноги, болью сковало сердце. Друзья вынесли его на руках. Но напасть не приходит одна: вскоре у него грубо упало зрение…

Госпиталь. Горькие думы. Война, а он не у дел. Как — то приехал Виктор Миронов. «Разрешите летать на вашей машине. Пусть немцы не думают, что свойский начальник не может подняться в воздух». Леонид разрешил — не хотел оскорбить боевого товарища, — но с болью в душе: боялся за его бытие — за машиной с чёрной кошкой немцы охотились давнехонько… Его опасения подтвердились: самолёт был подбит в воздухе и Виктору пришлось употребить парашютом. Когда Миронов ещё раз появился в госпитале, Леонид, считавший его погибшим, не сдержался, заплакал от радости, а после этого приказал: «Кошку нарисуйте на всех самолётах !..»

Ла-5Ф Подполковника Гальченко, осень 1944 г.

После длительного лечения Леонид Акимович вернулся в близкий полк и вскоре снова продолжил борьбу. В Ноябре 1942 года Майор Л. А. Гальченко был назначен заместителем командира недавно созданной 258-й истребительной дивизии ( в составе 195-го и 760-го ИАП ).

Вся его дальнейшая боевая дело была связана с руководством авиачастями и соединениями. Менялись полки и дивизии, но неизменной оставались отвага и высокое боевое мастерство лётчика.

Одну из последних побед он одержал 22 Октября 1944 года в ходе Петсамо — Киркенесской освободительной операции. В районе немецкого аэродрома Сальмиярви шестёрка Ла-5 из 191-го ИАП перехватила 3 Ме-109 и в скоротечном бою сшибли все «Мессеры». Один из них записал на свой счёт и Леонид Гальченко.

Конец войны Гвардии Подполковник Л. А. Гальченко встретил уже в должности заместителя командира 324-й истребительной авиационной дивизией. За отрезок времени своей боевой деятельности он совершил 410 успешных боевых вылетов, провёл 90 воздушных боёв. Его свой боевой счёт вырос до 24 сбитых самолётов, ещё 12 вражеских машин он сшиб в групповых воздушных боях [ М. Ю. Быков в своих исследованиях указывает на 13 личных и 10 групповых побед; к Ноябрю 1944 года совершил 310 боевых вылетов, провёл рядом 40 боёв. ]

За время войны Л. А. Гальченко освоил истребители: И-16, МиГ-3, ЛаГГ-3, Р-39 «Аэрокобра» и Ла-5.

После окончания войны, Леонид Акимович ещё продолжительно служил в ВВС, командовал авиационной дивизией, осваивал реактивную технику.

Из Заполярья Гальченко уехал в Военно — Воздушную академию на подготовительные курсы, а окончив их, был направлен в Академию Генерального штаба. К сожалению, хворь не позволила ему продолжать учёбу. Он уволился в припас в звании Полковника и уехал на родину, в Махачкалу. Вёл там большую военно — патриотическую работу посреди молодёжи. Он нередко посещал школы и предприятия, рассказывал о боевых делах лётчиков. Поддерживал тесную связь с Мурманском, где открыт музей боевой славы лётчиков Заполярья, бывал в Москве на встречах с фронтовыми друзьями.

В областном краеведческом музее помещён стенд, посвященный его боевой деятельности. В 1978 году, в числе других гостей, Л. А. Гальченко был приглашён на встречу ветеранов обороны Заполярья, проходившую в Рижском педагогическом училище.

[Вверх]
Hиколай Гpинев биография

Hиколай Гpинев биография

Hиколай Гpинев биография

Hиколай Гpинев биография

Hиколай Гpинев биография

Биография Hиколай Васильевич Гpинев

Родился 1 Октября 1910 года в селе Молодовое, в настоящее время Шаблыкинского района Орловской области, в семье крестьянина. Окончил неполную среднюю школу и индустриальный техникум в городе Константиновка Донецкой области. В 1926 — 1931 годах работал забойщиком шахты № 1 в Горловке и кочегаром на химическом заводе в городе Константиновка, в то же время учился в индустриальном техникуме. После окончания техникума, в 1931 — 1933 годах, учился в Одесском индустриальном институте. В Октябре 1933 года по комсомольской путёвке поступил в 9-ю военную школу лётчиков в городе Харькове. После окончания школы с Сентября 1936 года служил старшим лётчиком и командиром звена в 21-й отдельной истребительной эскадрилье в Забайкалье.

С 23 Мая по 16 Сентября 1939 года помошник командиpа эскадpильи 22-го истребительного авиационного полка Лейтенант Н. В. Гpинёв участвовал в боях на реке Халхин — Гол. Совершил 157 боевых вылетов, пpовёл 25 воздушных боёв, сшиб лично 4 и в гpуппе 6 вpажеских самолётов. Командуя pазведывательной эскадpильей, обнаpужил немного аэpодpомов пpотивника и при штурмовке уничтожил на земле 4 самолёта. 17 Hоябpя 1939 года за проявленный героизм и умелое руководство эскадрильей удостоен звания Героя Советского Союза.

В 1940 — 1941 годах учился на курсах усовершенствования при Военно — Воздушной инженерной академии имени Н. Е. Жуковского. С Апреля 1941 года командовал 273-м истребительным авиационным полком. С начала и до конца Великой Отечественной войны сражался на Калининском, Закавказском, Северо — Кавказском, Степном, Западном и 2-м Украинском фронтах, был командиром 518-го истребительного авиационного полка, а с Августа 1942 года по Октябрь 1945 глжа — старшим инспектором — лётчиком по технике пилотирования управления 5-й Воздушной армии. Ранен в 1942 году в районе Керчи.

К Маю 1945 года имел на своём счету 27 воздушных побед ( с учётом боёв в Монголии ). Hагpаждён оpденами Ленина, Кpасного Знамени, Отечественной войны 1-й степени, медалями. С 1945 года Подполковник в отставке. Умер 28 Апреля 1963 года в городе Сочи.

* * *

В Забайкалье Николай Гринёв попал безотложно же потом училища. Вначале служил старшим лётчиком, позже командиром звена. В полку его знали и ценили. Общительный, весёлый, прямой по характеру, он пользовался уважением лётчиков. С первых же дней, как только начались бои на Халкин — Голе, Гринёв летал постоянно ведущим группы. На его счету было немного одержанных побед. И вовсе не невзначай, когда во второй половине Июля 1939 года Военным советом 1-й армейской группы принималось вывод о формировании отдельной разведывательной истребительной эскадрильи, он был назначен её командиром.

Эта первая в наших ВВС истребительно — разведывательная количество предназначалась для профессиональной воздушной разведки. До сих пор такую работу выполняли обычные самолёты — истребители и бомбардировщики, которые зачастую становились лёгкой добычей японских истребителей.

В разведывательную эскадрилью Гринёва были отобраны лучшие лётчики из 3 полков. Комиссаром эскадрильи стал Лейтенант Арсений Ворожейкин — великолепный лётчик, обладавший спокойным, уравновешенным характером.

Эскадрилья расположилась на полевом аэродроме в непосредственной близости от реки Халхин — Гол. Истребители И-16 разместились полукругом на расстоянии 100 — 200 метров приятель от друга и находились в полной боевой готовности. Связь со штабом ВВС армейской группы была прямая и поддерживалась бесперебойно. Помимо выполнения чисто разведывательных задач эскадрилья использовалась кроме того для перехвата вражеских самолётов и в качестве резерва командования.

Гринёв совместно с начальником штаба эскадрильи Капитаном Василием Борзяком разработали подробный проект воздушной разведки. Весь район разведки ( 200 километров по фронту и 100 — в глубину ) был разделён на участки. Участки были закреплены за звеньями. Каждое звено должно было 2 — 3 раза в день просматривать с воздуха подопечную территорию. Под особым наблюдением находились железнодорожные станции Хайлар, Халун — Аршан, Хандагай и дороги, ведущие от них к фронту.

План был утверждён командованием и метко выполнялся. Лётчики добывали ценные сведения о передвижении японских войск, производстве инженерных работ, местах сосредоточения резервов и базирования японской авиации. О результатах разведки Гринёв дважды в сутки докладывал командованию ВВС армейской группы.

Лётчикам эскадрильи Гринёва нередко приходилось реализовывать задачи при сильном противодействии со стороны противника, входить в схватки с японскими истребителями. Так было, в частности, 20 Августа — в первостепеннный день Халхингольской наступательной операции. До полудня эскадрилью держали в резерве, а после этого подняли в воздух навстречу здоровущий группе японских бомбардировщиков, приближавшихся к району боёв под прикрытием истребителей. Задача Гринёва и его лётчиков состояла в том, чтобы не предположить удара японских бомбардировщиков по наступавшим советско — монгольским войскам.

В плотном строю эскадрилья Гринёва шла навстречу колонне бомбардировщиков. Заметив угроза своим подопечным, японские истребители бросились наперерез нашим. Началась схватка. Замыкающее звено Лейтенанта Анатолия Комосы было отрезано. Сам Гринёв вырвался из карусели и продолжал на полной скорости сближение с бомбардировщиками. Вместе с ним шли комиссар эскадрильи Арсений Ворожейкин и лётчик Игнатий Шинкаренко.

Положение как снег на голову осложнилось: со стороны солнца на наших лётчиков свалилась новая группа японских истребителей. Враг настигал позади и с правой стороны, намереваясь шлепнуть в упор ведущее звено. Надо было принимать какое — то заключение. Однако Гринёв, пренебрегая смертельной опасностью, не сворачивал с курса и, форсируя движок, в порыве отчаянной и непреклонной решимости мчался на колонну бомбардировщиков. Втянув голову в плечи, прячась за бронеспинку от потянувшейся к его машине пулемётной трассы, Гринёв врезался в строй бомбовозов. Последовала короткая очередность по головному бомбардировщику. В воздухе раздался дюжий взрыв, на землю посыпались бомбы.

Строй колонны японских бомбардировщиков был нарушен. От яростных атак наших истребителей они взрывались единственный за другим. Оставшиеся, побросав бомбы куда попало, повернули назад и бросились наутёк. Преследуя их, Гринёв и Ворожейкин вогнали в сопку ещё единственный СБ-96.

В одном из разведывательных полётов 23 Августа Гринёв обнаружил большую колонну автомашин с пехотой, двигавшуюся к фронту из Хайлара. Он сразу доложил об этом командованию и получил директива удерживать противника под постоянным наблюдением. К вечеру Гринёв сообща с комиссаром Ворожейкиным поднялся в воздух в 3-й раз и установил, что японские резервы сосредоточиваются восточнее Больших Песков. Командование выдвинуло на угрожаемый участок 80-й полк 57-й стрелковой дивизии и батальон 6-й танковой бригады. Утром следующего дня японцы перешли в атакование. Это были части 14-й пехотной бригады, переброшенные на Халхин — Гол из резерва Квантунской армии. Через 2 дня они были разгромлены.

После того как 24 Августа советско — монгольские войска замкнули колечко кругом халхингольской группировки противника, японское руководство попыталось применять транспортные самолёты в целях переброски окружённым частям боеприпасов и продовольствия. Первым это обнаружил Гринёв. Командование поставило перед ним задачу сдернуть воздушные перевозки противника.

Задачу эскадрилья выполнила блестяще. В течение 25 и 26 Августа лётчиками эскадрильи было уничтожено немного транспортных самолётов противника, единственный из них сжёг на земле Гринёв. После этого полёты японских транспортных самолётов прекратились.

Потеряв в воздушных боях большую доля своих новых самолётов, японское руководство бросило в махач все самолёты, находившиеся в Маньчжурии, в том числе устаревших конструкций.

В начале Сентября эскадрилья Гринёва встретила примерно 20 тихоходных бипланов, похожих на наши Р-5, снятые с вооружения немного лет вспять. Это были машины фирмы «Де-Хевиленд», когда — то закупленные японцами у англичан. «Де-Хевиленды» пытались бомбить части 8-й монгольской кавалерийской дивизии, занимавшие оборону вдоль границы в районе высоты Хулат — Улайн — Обо. Все японские самолёты стали лёгкой добычей эскадрильи Гринёва.

Разведывательная эскадрилья Гринёва внесла внушительный вклад в разгром японцев. В воздушных боях её лётчики уничтожили больше 20 вражеских самолётов, не потеряв ни одного своего.

Сам Лейтенант Н. В. Гринёв за время боёв на Халхин — Голе совершил 157 боевых вылетов, провёл 46 воздушных боёв, сшиб 4 японских самолёта лично и 6 — в группе с товарищами. Штурмовыми действиями на аэродромах он сжёг 4 вражеские машины.

Отвага и смелость Гринёва в бою опирались на тверёзый расчёт, знание обстановки, техники, своих сил и возможностей. В сочетании с высоким воинским мастерством это приносило ему неизменный фарт.

Богатый боевой навык, полученный в небе Монголии, в полной мере был использован Гринёвым в годы Великой Отечественной войны. Сотни молодых лётчиков учились у него искусству побеждать врага.

[Вверх]
Павел Аргеев биография

Павел Аргеев биография

Павел Аргеев биография

Павел Аргеев биография

Павел Аргеев биография

Карьера: Авиатор

Дата рождения: 1 марта 1897, знак зодиака рыбы

Место рождения: Украина

Избрав военую карьеру, к лету 1914-го Павел закончил Одесское юнкерское училище и был отправлен в 29-й пехотный Черниговский полк.

Биография Павел Владимирович Аргеев

Павел Аргеев родился 1 Марта 1897 года в Ялте. Его папа, Владимир Акимович, служил пароходным механиком на Черноморском флоте. Избрав военую карьеру, к лету 1914-го Павел закончил Одесское юнкерское училище и был отправлен в 29-й пехотный Черниговский полк. Однажды Поручик Аргеев не выполнил приказание командира полка — отказался покарать солдата, считая кару несправедливой. За это Павел был предан военному суду и приговорён к месяцу гауптвахты. После отбытия наказания ушёл из полка. Потом произошла стычка с родственником — жандармом, которому дал пощёчину ( видимо было за что )… После всех этих событий Аргеев покинул Россию и уехал во Францию, где его и застала битва.

Когда германские войска, взломав оборону союзников, приблизились к Парижу, Аргеев подал прошение о зачислении и отправке на фронт. 30 Августа ему присвоили звание Лейтенанта, а 12 Сентября Павел уже сражался на Марне. В этой битве немцы были разгромлены. 23 Сентября Аргеев был ранен, но в конце Октября вернулся на фронт. В Ноябре его произвели в Капитаны. 17 Апреля следующего года Павла ранило вторично, и все-таки он остался в строю и возглавил контратаку своей роты. За тот самый геройский поступок его наградили орденом «Почётного Легиона».

В конце Мая Аргеев получил третье ранение, затем которого его признали негодным к фронтовой службе в пехоте. Тогда он подал рапорт о переводе… в авиацию. Да, в те времена медицинские требования к пилотам были менее строгими, чем к пехотным офицерам. Считалось, что главное для лётчика — это «птичий инстинкт» — то неуловимое, что позволяет человеку как бы слиться с аппаратом в единое целое, чувствовать себя в воздухе так же уверено, как и на земле.

У Аргеева тот самый дар проявился в полной мере. 22 Октября 1915 года он получил диплом пилота. В Январе 1916-го Капитан «Поль Д’Арджефф» зачислен в 48-ю разведывательную эскадрилью. Через год он решил возвратиться в Россию. В Феврале 1917-го Павел Аргеев стал пилотом 1-й Боевой авиагруппы Юго — Западного фронта, которой командовал наилучший русский ас Александр Казаков. 27 Февраля — первая виктория — сбит двухместный разведчик «Альбатрос». В Апреле за ним последовал ещё единственный «Альбатрос» и истребитель «Фоккер». В Июне, летая в паре с Казаковым, Аргеев довёл счёт своих побед до 6.

После назначения Казакова командиром авиагруппы, Аргеев принял отряд. Воевал он отважно — рядом с французскими орденами появились офицерский Георгиевский крест, Владимир с мечами, Анна с мечами… Летом 1917-го Павел был назначен командиром 3-й боевой группы Юго — Западного фронта. В представлении на эту место нового Авиадарма В. М. Ткачёва, он был назван «выдающимся военным лётчиком». Столь огромный пост не мешает Аргееву летать, участвовать в боях. К осени счёт сбитых им самолётов доходит до 9. Множатся и награды: золотое Георгиевское оружие, два ордена — Анны и Станислава…

Октябрьская революция и последовавший за ней развал фронта заставил офицеров царской армии изготовить серьезный отбор. Казаков вступил в Белую Гвардию. Аргеев сквозь захваченный английским десантом Архангельск отбыл во Францию, чтобы продолжить войну с Германией. С Мая 1918 года он летал в 124-й истребительной эскадрилье, укомплектованной иностранными добровольцами и осуществлявшей прикрытие Реймса. В отношении лётчика Павла Аргеева в приказе французского командования сказано:

«Он восхищал товарищей своей необыкновенной храбростью, выдержкой и весёлостью… Однажды, в одиночку, атаковал 8 немецких самолётов и поджёг единственный из них».

31 Мая Павел сшиб бомбардировщик «Румплер», к концу Июня записал на свой счёт ещё 3 победы. В эскадрилье его прозвали «охотником». 27 Сентября Аргееву удалось сшибить новейший германский истребитель «Фоккер D-VII», на следующий день — 2 двухместных разведчика. Своего последнего «немца» Павел вогнал в землю 30 Октября. Вэтого же, за 5 месяцев боёв, он одержал 9 побед и был награждён вторым орденом «Почётного легиона». Итогом войны для него стали высшие награды России и Франции, 4 ранения и 16 воздушных побед, из них 15 — официально зачтённых ( в некоторых источниках указывается на 17 побед ).

К сожалению, мирная бытие аса была недолгой. 30 Октября 1922 года пилот французско — румынской авиакомпании «Поль Д’Арджефф» летел с грузом почты из Праги в Варшаву. В Чешских Татрах, в районе Трантенау, самолёт попал в плотный туман и врезался в скалу под боком от польской границы. Случилось это в 12 часов 30 минут пополудни…

[Вверх]
Николай Абрамчук биография

Николай Абрамчук биография

Николай Абрамчук биография

Николай Абрамчук биография

Николай Абрамчук биография

Карьера: Авиатор

Дата рождения: 20 ноября 1910, знак зодиака скорпион

Место рождения: Украина

Николай Абрамчук родился 0 года в деревне Романовка, ныне Волковысского района Гродненской области, в семье крестьянина.

Биография Николай Иванович Абрамчук

После окончания неполной средней школы, работал котельщиком на Астраханском судоремонтном заводе имени Карла Маркса. В 1926 году окончил школу ФЗУ. Учился на Рабфаке Института инженеров водного транспорта. В 1931 году был призван в ряды Красной Армии. По путёвке ЦК ВЛКСМ в 1933 году был направлен в Энгельсскую военно — авиационную школу лётчиков. Окончил её в 1936 году. Получив направление на Дальний Восток, служил в Приморье.

Участник Великой Отечественной войны с Июня 1941 года. Сражался на Юго — Западном, Западном, Сталинградском, 1-м Украинском фронтах. Совершал вылеты на штурмовку активный силы и техники противника, снабжал прикрытие и сопровождение своих бомбардировщиков и штурмовиков.

1 Августа 1942 года Капитан Н. И. Абрамчук охранял Сталинградскую железнодорожную станцию и при отражении атаки группы самолётов противника сшиб лично 2 самолёта Ju-88. Один из членов экипажей был взят в плен.

К Июню 1943 года начальник эскадрильи 894-го истребительного авиационного полка ( 101-я истребительная авиационная дивизия, ПВО Территории страны ) Капитан Н. И. Абрамчук совершил 239 боевых вылетов, в воздушных боях лично сшиб 11 самолётов противника. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 Октября 1943 года за мужество и героизм, проявленные в воздушных боях с немецко — фашистскими захватчиками удостоен звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» ( № 1239 ).

К концу войны Н. И. Абрамчук довёл счёт своих побед до 16, совершив примерно 300 боевых вылетов.

После окончания войны Николай Иванович продолжил службу в ВВС, летал на реактивных самолётах. С 1954 года Подполковник Н. И. Абрамчук — в запасе. Жил в Киеве. Награждён орденами Ленина, Красного Знамени ( дважды ), Красной Звезды, медалями. Умер 1 Февраля 1974 года. Похоронен в Киеве на Лукьяновском военном кладбище, где установлен монумент.

[Вверх]

Дадите фото, вставлю!!!!

Виктор Беленко биография

Карьера: Авиатор

Дата рождения:

Место рождения: Россия. Российская Федерация

8 сентября 1976 года информационные агентства всего мира передали сенсационную новость: на японском острове Хоккайдо совершил посадку новейший истребитель «МиГ-25», пилот которого попросил политического убежища в США.

Биография Виктор Иванович Беленко

Конечно же, американцы досконально изучили устройство истребителя, в результате чего на всех наших военных самолетах пришлось изменять электронную систему опознавания «свой-чужой», что обошлось стране в 2 миллиарда полновесных советских рублей. А когда немного лет через наши газеты сообщили, что угонщик «МиГа» погиб в Америке в автокатастрофе, большинство советских читателей восприняли это как заслуженную кару изменнику Родины. Самое любопытное в этой истории, что ее герой совсем и не думал погибать, а как говорится, жив и достаточно упитан…

Виктор Беленко родился в Нальчике в рабочей семье, школу окончил с золотой медалью. Два года проучился в медицинском институте, но вслед за тем решил поступать в Армавирское высшее военное училище. После нескольких лет службы летчиком-инструктором получил направление в одну из частей авиации ПВО, дислоцированную в 200 километрах от Владивостока. Заместителю командира 513-й эскадрильи — старшему лейтенанту Беленко (ему вот-вот должны были вручить капитанские погоны) доверили летать на новейшем перехватчике «МиГ-25П». Его агрегатина с бортовым номером «31» была выпущена только в феврале 1976-го.

Понедельник 6 сентября 1976 года насовсем останется «черным» в памяти летчиков авиаполка, в котором служил свойский бывший старшой лейтенант. В тот день взлетевшее с аэродрома «Чугуевка» звено краснозвездных «МиГов» отрабатывало фигуры высшего пилотажа и перехват воздушных целей. Втоварищ одна из машин грубо взмыла вверх и настолько же резво стала валиться в океан, следом чего светящаяся точка на экранах радаров погасла. Сослуживцы Виктора предположили, что его авиалайнер потерял управление и разбился, а вследствие того что в тот же конец дня помянули своего товарища и стали составлять гроши для его жены и малолетнего сына.

В ту минуту, когда злополуч-ный авиалайнер перестал фиксироваться радарами, Беленко летел над океаном на высоте всего полсотни метров! Достигнув острова Хоккайдо, он перестал хорониться от локаторов, и тогда на перехват неизвестной цели поднялись два японских истребителя. Вскоре угнанный ‘МиГ’ оказался на южной оконечности острова и стал независимо снижаться над гражданским аэропортом Хакодате. При этом Беленко еле-еле сумел разминуться со взлетающим «Боингом» японских авиалиний, а вследствие того что не «вписался»в длину взлетно-посадочной полосы. Пропахав примерно 250 метров по траве, «МиГ» замер перед массивной радиоантенной, столкновение с которой погубило бы и машину, и ее пилота. В баках самолета оставалось топлива только на 30 секунд полета, а значит, повторного захода на посадку быть не могло.

Когда руководство СССР осознало, что побег Беленко не удастся утаить от общественности, появилось извещение МИДа о том, что старшой лейтенант сбился с курса и из-за нехватки топлива сел в Японии, где ему вкололи какое-то психотропное снадобье. Даже после этого того, как предатель попросил политического убежища в США, ему оставили вероятность возвратиться на Родину. По требованию советской стороны с беглецом была организована саммит. Войдя в комнату, сотрудник нашего посольства в Японии Садовников сказал: «Советское руководство знает: вы сбились с курса, вас заставили произвести посадку и применили наркотики. Я пришел пособить вам возвратиться домой, к любимой жене, сыну!» Беленко прервал его речь такими словами: «Не нужно меня агитировать. Я прилетел в Японию добровольно». И тогда «дипломат» (на самом деле это был офицер службы безопасности посольства) при свидетелях пригрозил угонщику: «Предатель! Рано или поздненько мы тебя найдем. Где бы ты ни был!» Надо полагать, что байка о гибели Беленко в автокатастрофе была сочинена на Лубянской площади для того, чтобы удержать потенциальных угонщиков самолетов от повторения таких «подвигов».

Хотя нашей стране не удалось заполучить бежавшего пилота, второй участник этой драмы — «МиГ-25» — все-таки вернулся на Родину. Однако перед этим новейший совдеповский перехватчик был доставлен на базу ВВС США в 80 километрах от Токио. Там его подвергли самому тщательному исследованию, в результате чего американцы узнали крайне непочатый край идеально секретной информации. В темное время суток на 12 октября угнанный авиалайнер перевезли в разобранном виде в тринадцати контейнерах в порт Хитачи, где его давнехонько ожидал совдеповский корабль. Возвращенный японцами «МиГ» в качестве учебного пособия отправили в Даугавпилс (Латвия), где тогда находилось одно из советских авиационных училищ. В конце 80-х годов устаревший к тому времени авиалайнер списали и вывезли на специальную свалку, а местная детвора и курсанты растащили останки его фюзеляжа на сувениры.

Получив у американцев политическое убежище (при самом активном содействии тогдашнего президента США), Беленко недурно устроился за океаном. Несколько лет он преподавал в одной из военных академий технику воздушного боя. Женившись на американке, завел троих детей. После развода, по условиям брачного контракта, оставил второй жене жилье. В 1980-м в содружестве с писателем Джоном Барроном издал книгу «Пилот МиГа» (John Barron, «MIG Pilot»), на которой сумел нехило получить. Уже в качестве полноценного гражданина США, объездил весь свет, побывав в 68 странах мира. В настоящее время живет в Калифорнии, занимаясь торговым коммерциалом, в том числе с Россией. Однако, по его признанию, ведя переговоры со своими бывшими соотечественниками, он всю дорогу использует вымышленные имя и фамилию.

Само собой, бывший старшой лейтенант отнюдь не считает себя негодяем, а свой акт объясняет только неприятием советской идеологии. Между тем в своем последнем беседа одному популярному американскому журналу Беленко признался, что самое сильное ощущение в США на него произвел… супермаркет. Вот как он сам описывает охватившие его чувства: «Мое первое посещение супермаркета происходило под присмотром людей из ЦРУ, и я думал, что это была инсценировка. Я не верил в то, что тот самый шоп может быть настоящим. Мне казалось, что раз я особенный гость, то они могли меня разыграть. Ведь это было такое красивое просторное сооружение с невероятным количеством товаров и без очередей. В России все привыкли к длинным очередям. Впоследствии, когда я понял, что супермаркет натуральный, я получал блаженство от знакомства с новыми продуктами. В России того времени, хотя вообще-то, и в нынешней — нелегко выискать хорошие консервы. Поэтому я каждый день покупал самые разные консервированные продукты. Однажды я приобрел баночку с надписью «Обед» и поджарил ее содержимое с картошкой, луком и чесноком — получилось вкусно. Наутро приятели сказали мне, что я съел куриные консервы для кошек. Но они были вкусными! Они были лучше тех консервов для людей, которые и в эти дни делают в России!»

Такие откровения добро показывают, о какой как раз СВОБОДЕ тайно мечтал совдеповский юноша Витя Беленко. Для достижения своей голубой мечты он согласился сносить тоталитарную систему, добровольно поступил на службу до того ненавистному ему строю (напомним, что он пришел в армию нисколько не по призыву, а по собственному желанию). Затем вступил в партию, притворился коммунистом, хотя членство в КПСС было обязательным только для офицеров, начиная с майора. А все потому что, что перед нами — мужчина высокоидейный и целеустремленный, а не какой-нибудь «совок», тот, что готов до конца жизни смиренно стоять в очередях за плохими консервами.

Военная контрразведка и КГБ провели огромную работу, пытаясь отыскать подтверждение версии о том, что ещё в годы учебы (либо во время отдыха в санатории летом 1976 года) Виктор был завербован американским ЦРУ. А так как таких доказательств найдено не было, то любопытно порассуждать вот на какую тему: «А мог ли свойский герой утолить свои гастрономические запросы, при этом не нанося двухмиллиардного ущерба стране, которая его вырастила и выучила летать?» Казалось бы, отклик напрашивается негативный, оттого что в то время только евреи-репатрианты имели шанс легально уехать из СССР. Однако в действительности отбор (раскрывать или нет секреты новейшего «МиГа») у Беленко был. Он совершенно мог протаранить своим самолетом какую-нибудь безлюдную сопку (на холодном Хоккайдо полно таких мест), вслед за тем чего без хлопот приземлиться с парашютом. При этом свои действия разрешено было пояснить отсутствием времени для поисков аэродрома из-за дефицита топлива в баках.

Если не принимать все-рьез демагогию нашего персонажа о стремлении к «высоким демократическим идеалам», то в осадок выпадет простая как две копейки суть: ещё в ходе войны во Вьетнаме американцы раскидывали кругом аэродромов «северян» листовки на русском языке с обещанием уплатить 100 тысяч долларов угонщику советского истребителя новейшей конструкции (полагаться на вынужденную посадку «МиГов» в южном Вьетнаме они не могли, так как нашим пилотам категорически запрещалось пересекать линию фронта). За 10 лет посредством эту войну прошли тысячи советских летчиков, а потому как старшой лейтенант Беленко наверно не раз слышал от сослуживцев об обещанном американцами гонораре.

Вот такая невеселая получилась повесть. Повесть о ненастоящем человеке…

P.S. Военной коллегией Верховного суда СССР гражданин Беленко Виктор Иванович 1947 года рождения заочно осужден по статье 64 УК РСФСР за измену родине и приговорен к высшей мере наказания (расстрелу).

[Вверх]
Владимир Аксенов биография

Владимир Аксенов биография

Владимир Аксенов биография

Владимир Аксенов биография

Владимир Аксенов биография

Биография Владимир Викторович Аксенов

Родился 1 февраля 1935 года в селе Гиблицы Касимовского района Рязанской области. Детские годы пришлись на отрезок времени Великой Отечественной войны 1941 — 1945 годов. Он провел их у престарелых родителей матери: Ивана Прокофьевича и Веры Федоровны Аксеновых — преподавателей русского языка и литературы. Именно они привили Володе влюбленность к литературе, музыке. После войны жил в селе Гиблицы, где мамаша работала бухгалтером сельской кооперации.

В 1949 году окончил в селе семь классов и поступил в индустриальный техникум в Касимове. Но вскоре скончалась мамаша и мальчика забрала к себе сестра матери Зинаида Ивановна Семакина, работавшая учительницей в подмосковном городе Калининграде (нынче Королев).

В 1953 году окончил машиностроительный техникум, с 1953 по 1956 годы учился в военной авиационной школе первоначального обучения и в Чугуевском военном авиационном училище лётчиков, в 1963 году окончил Всесоюзный заочный политехнический институт. С 1957 г. работал в конструкторском бюро. Принимал участие в разработке и испытаниях космических кораблей «Восток», «Восход», «Союз», станций «Салют».

В отряде советских космонавтов с 1973 года.

15 — 23 сентября 1976 года В.В. Аксёнов совместно с В. Ф. Быковским совершил первостепеннный полёт в качестве бортинженера на КК «Союз-22» продолжительностью больше 7 суток. Полёт производился по программе сотрудничества социалистических стран в области исследования и использования космического пространства в мирных целях.

За успешное осуществление полёта и проявленные при этом мужество и героизм В.В. Аксёнову было присвоено звание Героя Советского Союза медаль «Золотая Звезда» (№ 11278).

Второй космический полёт В.В. Аксёнов совершил 5 — 9 июня 1980 года совместно с Ю. В. Малышевым в качестве бортинженера на КК «Союз Т-2». Была осуществлена стыковка корабля с орбитальным научно-исследовательским комплексом «Салют-6» — «Союз-36», на котором работал экипаж центровой экспедиции (Л. И. Попов, В. В. Рюмин). Продолжительность полёта свыше 3-х суток. Основная проблема — изготовить первые испытания в пилотируемом режиме нового, усовершенствованного транспортного КК типа «Союз Т», предназначенного для замены космических кораблей типа «Союз».

За успешное проведение испытания в космосе усовершенствованного транспортного корабля «Союз Т-2» и проявленные при этом мужество и героизм В.В. Аксёнов награждён второй медалью «Золотая Звезда».

Награждён 2 орденами Ленина и медалями, а ещё иностранным орденом. Удостоен золотой медали «За заслуги в развитии науки и перед человечеством» (АН ЧССР).

[Вверх]
Константин Арцеулов биография

Константин Арцеулов биография

Константин Арцеулов биография

Константин Арцеулов биография

Константин Арцеулов биография

Биография Константин Константинович Арцеулов

Арцеулов, Константин Константинович (17(29) мая 1891, Ялта — 18 марта 1980, Москва) — российский лётчик-ас, художник-иллюстратор.

Родился в семье моряка Константина Арцеулова и Жанны Арцеуловой, дочери Ивана Айвазовского. Учился в Морском кадетском корпусе (1906—1908), потом работал на авиационном заводе С. Щетинина в Петербурге, вместе с тем учился в лётной школе и занимался планеризмом. На планёрах собственной конструкции поднимался в воздух. В 1911 получил диплом пилота-авиатора. В 1912 инструктор в Севастопольском аэроклубе.

Участник 1-й важный войны, в начале её служил в кавалерии, командовал взводом, прапорщик. В 1915 году сдал экзамен на военного лётчика. Затем служил в 18-м корпусном авиационном отряде, совершил возле 200 разведывательных полётов. С 1916 лётчик 8-го истребительного авиационного отряда, благополучно провёл 18 воздушных боёв. В том же году был назначен начальником отделения по подготовке лётчиков-истребителей в Севастопольской школе авиации.

Здесь осенью 1916 Арцеулов впервой в истории русской авиации намеренно ввёл самолёт в штопор и вывел его из штопора. Эта фигура высшего пилотажа была включена в вектор движения обучения лётчиков-истребителей, что расширило манёвренные возможности самолёта в бою и уменьшило цифра жертв в авиации.

Награждён орденами Святого Владимира 4-й степени с мечами, Святой Анны 4-й степени и тремя другими орденами.

С 1918 — в Красной армии. Занимался подготовкой пилотов в авиашколе. Одним из его учеников был Валерий Чкалов. Демобилизован в 1927, работал в гражданской авиации. В 1933 репрессирован. Освобожден из под стражи в 1937. Работал художником-иллюстратором. Был членом Союза художников СССР.

[Вверх]
Борис Абакумов биография

Борис Абакумов биография

Борис Абакумов биография

Борис Абакумов биография

Борис Абакумов биография

Биография Борис Сергеевич Абакумов

В Январе 1950 года получил направление на аэровокзал в Кубинке, откель весной 1951 года был направлен в Китай в качестве лётчика 196-го ИАП ( 324-я ИАД, 64-й ИАК ) для участия в боевых действиях в Северной Корее. Первую победу одержал 6 Апреля 1951 года ( по некоторым сведениям пилотом сбитого F-86 был Майор Браун ). Вэтого в воздушных боях лично сшиб 5 самолётов противника ( 3 F-86, 1 В-29 и 1 F-94 ), в том числе: 12 Апреля — бомбардировщик В-29; в Июле 1951 года, в районе Мукдена, F-94 ( данный самолёт возвращался из разведывательного полёта и целиком мог быть фоторазведывательной версией F-80 ).

За мужество и отвагу, проявленные при выполнении воинского долга, начальник 324-й истребительной авиационной дивизии И. Н. Кожедуб представил Бориса Абакумова ( совместно с пятью другими летчиками: Алексеем Митусовым, Борисом Бокачем, Владимиром Алфеевым, Иваном Заплавнёвым и Львом Ивановым ) к званию Героя Советского Союза. Однако по прибытии из Кореи 324-ю авиадивизию передали из ВВС в состав ПВО страны. Начальство ПВО, защищая свои амбиции, все эти документы положило под сукно, где они и лежат до сих пор. Следует пометить, что 196-й ИАП стал в Корейской войне одним из наиболее отличившемся. В Феврале 1952 года, когда полк возвратился в Советский Союз, на его счету было 108 побед; свои потери составили 24 самолёта и 5 лётчиков.

7 Января 1952 года в бою с самолётами F-86 Б. С. Абакумов был сбит, при этом получил тяжёлое ранение. Восстановление здоровья проходило неторопливо и в Ноябре 1956 года он был комиссован по инвалидности. Награждён орденами Ленина, Красного Знамени ( дважды ), медалями. Автор воспоминаний «Неизвестная война».

[Вверх]
Юрий Антипов биография

Юрий Антипов биография

Юрий Антипов биография

Юрий Антипов биография

Юрий Антипов биография

Биография Юрий Александрович Антипов

Юрий Антипов родился 21 Февраля 1915 года в Москве в семье рабочего. Окончил неполную среднюю школу и школу ФЗУ. Антипов с юности был неукратимым романтиком авиации. Уже в 15 лет он начал вкалывать на самолетостроительном заводе, там же поступил в аэроклуб. В 1934 году был призван в ряды Советской Армии, в том же году окончил Одесскую военную авиационную школу пилотов и оставлен в ней летчиком — инструктором.

С началом Великой Отечественной войны на фронте. В составе 402-го истребительного авиаполка специального назначения ( им командовал популярный пилот — испытатель П. М. Стефановский ), принимал участие в боевых действиях на Северо — Западном фронте, где и открыл счет своих побед.

В Сентябре 1941 года Капитан Антипов был направлен в 180-й ИАП на пост заместителя командира эскадрильи. В единственный из дней рядом 30 вражеских многоцелевых самолетов Bf.110 попыталась причинить штурмовой потрясение по аэродрому полка. Навстречу им поднялось 6 наших истребителей МиГ-3. Советские летчики стремительной атакой сверху сшибли разом две машины. Но враг не отступил: разделившись на две группы он вступил в махач. Первая группа направилась в сторону аэродрома, а вторая связала боем наших летчиков. Завязалась ожесточенная воздушная схватка. Наши летчики энергично маневрировали, не позволяя немцам поставить к стенке самолеты, стоявшие на аэродроме. И тогда недруг решил штурмовать «МиГи» разом двумя группами. Обстановка в воздухе ещё больше обострилась.

Двум «Мессерам» удалось заскочить в хвостище самолета Антипова и поджечь его. Тот стал вылезать из боя. Немцы — за ним, пытаясь добить. Командир эскадрильи А. Ф. Семенов бросился на содействие товарищу и с короткой дистанции расстрелял увлекшегося преследованием гитлеровца. Антипов, будучи раненным, сумел усадить свой поврежденный авиалайнер. В этом бою наша шестерка сшибла 6 вражеских самолетов, 2 из них пришлось на долю Юрия Антипова. Но ранения оказались серьезными и летчика отправили на По-2 в Калининский лазарет. К тому времени, летая на истребителе МиГ-3, он совершил рядом 200 боевых вылетов и одержал 7 воздушных побед.

После излечения Юрий Антипов он был отправлен на летно — испытательскую работу. Лето 1942 года стало в его жизни поворотным — ему доверили особое задание: проводить испытания поставляемых по ленд — лизу из США и Великобритании истребителей «Томагаук», «Киттихаук», «Харрикейн» и переучивание на них советских летчиков. Эта служба проводилась в 27-м запасном авиаполку на одном из аэродромов под Вологдой. Вначале 1943 года, закончив КУОС, Капитан Антипов был направлен в НИИ ВВС, где участвовал в испытательных воздушных боях на трофейных самолетах с целью определения их наиболее слабых и уязвимых мест.

После войны на сто процентов посвятил себя летно — испытательской работе. Уже к Ноябрю 1946 года Антипов был в числе 9 летчиков, входивших в первую группу испытателей советских серийных реактивных самолетов. За успешное их освоение все они были награждены орденами — Антипов получил свой второй Орден Красного Знамени. Кроме того, он был удостоен чести быть ведущим летчиком на государственных испытаниях опытного МиГ-9.

Насколько непростыми были эти испытания, говорит происшествие, проишедший с ним в одном из полетов при разгоне самолета до максимальной скорости. На высоте 5 км из — за разрушения одной половины стабилизатора авиалайнер с здоровущий вертикальной перегрузкой перешел из горизонтального полета в крутой комплект высоты. Антипову разрешили оставить авиалайнер. Однако, понимая важность сохранения опытной машины, пилот, используя припас высоты, нашел вероятность править самолетом с помощью изменения работы двигателя. Рискуя жизнью он посадил машину на свой аэропорт. Специалисты проворно разобрались в дефекте и провели необходимые контруктивные мероприятия.

За успешное проведение испытаний МиГ-9, что позволило запустить его в серию, Антипов в 1947 году был награжден первым Орденом Ленина, а посредством год за успешное проведение испытаний истребителя МиГ-15 и показной пилотаж на празднике в Тушино — третьим Орденом Красного Знамени. В последующие годы в ВВС началось активное освоение полетов днем и ночью, в облаках и за облаками. За успешное освоение полетов в сложных метеоусловиях с боевым применением Антипов награждается вторым Орденом Ленина, а в 1954 году за успешное освоение полетов на самолетах МиГ-17П и Як-25 в сложных метеоусловиях — четвертым Орденом Красного Знамени.

За всю историю НИИ ВВС никто из испытателей не удостаивался высоких правительственных наград так нередко ( и заслуженно ! ), как Юрий Алексеевич Антипов. 9 Сентября 1957 года, в числе других пилотов института, Антипову было присвоено звание Героя Советского Союза.

За свою летную бытие Старший пилот — испытатель НИИ ВВС Ю.А.Антипов освоил свыше 200 различных типов самолетов и вертолетов. С 1964 года Полковник Антипов — в отставке. Награжден Орденами Ленина ( трижды ), Красного Знамени ( четыре ), Отечественной войны 1-й и 2-й степени, Красной Звезды, медалями. Заслуженный пилот — испытатель СССР.

[Вверх]